Сделать стартовой Добавить в Избранное Перейти на страницу в Twitter Перейти на страницу ВКонтакте Из Пензенской области на фронты Великой Отечественной войны было призвано более 300 000 человек, не вернулось около 200 000 человек... Точных цифр мы до сих пор не знаем.

"Никто не забыт, ничто не забыто". Всенародная Книга памяти Пензенской области.

Объявление

Всенародная книга памяти Пензенской области





Сайт посвящается воинам Великой Отечественной войны, вернувшимся и невернувшимся с войны, которые родились, были призваны, захоронены либо в настоящее время проживают на территории Пензенской области, а также труженикам Пензенской области, ковавшим Победу в тылу.
Основой наполнения сайта являются военные архивные документы с сайтов Обобщенного Банка Данных «Мемориал», Общедоступного электронного банка документов «Подвиг Народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (проекты Министерства обороны РФ), информация книги памяти Пензенской области , других справочных источников.
Сайт создан в надежде на то, что каждый из нас не только внесёт данные архивных документов, но и дополнит сухую справочную информацию своими бережно сохраненными воспоминаниями о тех, кого уже нет с нами рядом, рассказами о ныне живых ветеранах, о всех тех, кто защищал в лихие годы наше Отечество, ковал Победу в тылу, прославлял ратными и трудовыми подвигами Пензенскую землю.
Сайт задуман, как народная энциклопедия, в которую каждый желающий может внести известную ему информацию об участниках Великой Отечественной войны, добавить свои комментарии к имеющейся на сайте информации, дополнить имеющуюся информацию фотографиями, видеоматериалами и другими данными.
На каждого воина заводится отдельная страница, посвященная конкретному участнику войны. Прежде чем начать обрабатывать информацию, прочитайте, пожалуйста, тему - Как размещать информацию. Любая Ваша дополнительная информация очень важна для увековечивания памяти защитников Отечества.
Информацию о появлении новых сообщений на сайте можно узнавать, подписавшись на страничке книги памяти в Твиттер или в ВКонтакте.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Дубровская (Карпенко) Вера Семеновна

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

https://1418museum.ru/heroes/26133215/

ДУБРОВСКАЯ ВЕРА СЕМЕНОВНА
22.08.1919 — дд.мм.гггг

https://i.imgur.com/YioWlvcm.jpg
Место рождения
Куйбышевская обл., Вадинский р-н, с. Вадинск|Куйбышевская обл., г. Керсинок|Куйбышевская обл., г. Вадинск

Дата призыва
дд.02.1942

Место службы
26 сп войск НКВД ЧГВ ЗакФ

Воинское звание
военврач 3 ранга|капитан медслужбы|капитан мед. сл.

Награды
Медаль: «За боевые заслуги», Медаль: «За оборону Кавказа», Орден Красной Звезды, Орден Отечественной войны II степени

https://pamyat-naroda.ru/heroes/kld-car … er7824782/

http://podvignaroda.ru/?#id=1267267767& … ailManCard
Дубровская Вера Семеновна
Год рождения: __.__.1919
место рождения: г. Краснодар. ул. Красная, д. 77
военврач 3 ранга
Номер записи: 1267267767
приказ № 172/н от 17.12.1942 Издан: ВС Черноморской группы войск Закавказского фронта Медаль «За боевые заслуги»
русская, служащая, беспартийная
не служила, призвана в 1942 по мобилизации
Дата подвига: 03.10.1942-26.11.1942
врач санитарной службы 26 стрелкового полка НКВД
Своей энергичной работой, несмотря на исключительно трудные условия эвакуацию и вынос раненых с поля боя и дальнейшую их обработку на ПМП организовала отлично. Она исключительно чутка, умело, с проявлением заботы о раненых оказывала им необходимую помощь.
За период боевых действий с 03.10. по 26.11.1942г. она обработала и обеспечила дальнейшую эвакуацию свыше 400 раненых бойцов и командиров.
Тов. Дубровская является одним из лучших медицинских работников полка.
https://forumupload.ru/uploads/000b/dd/53/2/t34975.png

http://podvignaroda.ru/?#id=1267267759& … ailManCard
Дубровская Вера Семеновна
Год рождения: __.__.1919
капитан медслужбы|военврач 3 ранга
в РККА с __.__.1942 года
Место рождения: Куйбышевская обл., г. Керсинок

Номер записи: 1267267759

Перечень наград

приказ №116/н от  11.06.1943 Издан: осд ВВ НКВД Северо-Кавказского фронта. ЦАМО, ф.33, оп. 682526, д. 1638
№ записи 18769232Орден Красной Звезды
Дата подвига: 04.06.1943
военврач 3 ранга, врач медпункта 26 стрелкового полка
В период ведения боя полком на выс. 204.3, 195.5 и 71.0 тов. Дубровская, работая на медпункте в непосредственной близости к передовой линии, где под сильным артиллерийским и минометным огнем противника она оказала медпомощь более 450 раненым бойцам и командирам, которых своевременно эвакуировала в тыльные госпиталя. За этот период неоднократно выезжала на передовую линию для оказания помощи медработникам подразделений и быстрейшей эвакуации раненых бойцов и командиров с поля боя.
04.06.1943г. при артналете противника тов. Дубровская получила ранение в голову, но несмотря на это она продолжала оказывать помощь раненым и только после приказания начсанслужбы тов. Дубровская эвакуировалась с поля боя.
https://forumupload.ru/uploads/000b/dd/53/2/t85881.png

приказ № 272/н от 17.12.1943 Медаль «За боевые заслуги»
https://forumupload.ru/uploads/000b/dd/53/2/t34975.png

https://obd-memorial.ru/html/info.htm?id=70007824782
Учетно-послужная картотека офицерского состава
ID 70007824782
Фамилия Дубровская
Имя Вера
Отчество Семеновна
Дата рождения/Возраст 22.08.1919
Место рождения Куйбышевская обл., Вадинский р-н, с. Вадинск
Дата и место призыва __.02.1942
Воинское звание капитан мед. сл.
Наименование воинской части: 25 стрелковый полк 44 стрелковой дивизии
Дата выбытия 14.08.1945
Награды: Медаль «За оборону Кавказа»
Название источника донесения Центральный Архив Министерства обороны
Номер шкафа 59
Номер ящика 33
http://sg.uploads.ru/t/8RhEg.png

http://podvignaroda.ru/?#id=1511562973& … ailManUbil
Дубровская Вера Семеновна
Год рождения: __.__.1919
Место рождения: Куйбышевская обл., г. Вадинск
№ наградного документа: 87
Дата наградного документа: 06.04.1985
Номер записи: 1511562973
Орден Отечественной войны II степени
https://forumupload.ru/uploads/000b/dd/53/2/t47366.png

,Книга памяти. Вадинский район

0

2

https://sochi.bezformata.com/listnews/b … a/3920551/

По местам боевой славы. Хутор Поднависла
На Пасху по прогнозу обещалась отличная погода, и мы решили не сидеть дома, а немножко попутешествовать по просторам Краснодарского края. Местом нашего маршрута был выбран Горячий Ключ, ибо там еще не были, а интернет обещал много интересных достопримечательностей. Город, безусловно, понравился, много интересного и в доступной близости, но рассказать хочу о другом месте, которое меня поразило.
Не знаю, почему, но с ранних лет меня тянет к местам, связанным с Великой Отечественной войной. В детстве я знала наизусть отцовский песенник с песнями военных лет, взахлеб смотрю фильмы о ВОВ. И всегда меня заставляют цепенеть места, где проходили военные действия. В прошлом году осуществила свою давнюю мечту – попала на 9 мая в Волгоград на Парад Победы. А на светлый день Пасхи занесло нас в хутор Поднависла. И довелось мне узнать его историю, которую к своему стыду, никогда даже и не слышала…
Дорога, что вела к хутору была из разряда «наш внедорожник кайфует от бездорожья».
Преодолев nn-ое количество км по грязи и разбитой колее, переехав вброд через ручей, мы увидели в деревьях макушку часовни и поняли, что мы в принципе на месте. Честно говоря, ожидали увидеть полноценный хутор, но нас встретил только один дом с табличкой…
Осмотревшись, увидели несколько компаний, которые отдыхали на берегу речки с шашлыками, армянскую и русскую часовни, стоящие друг напротив друга и целый мемориальный комплекс…
Поднавислу зовут еще «поляной Памяти». Но фронтовики — только поляной Аршалуйс. Три братские могилы, где лежат больше тысячи советских бойцов — защитников Кавказа в 1942-1943 годах, охраняла и спасала от разорения женщина по имени Аршалуйс Киворковна Ханжиян. Этому она посвятила всю свою жизнь!
Стояло лето 1942 года, когда фашистским войскам оставался последний рывок на Черноморское побережье. Немецкая армия готовила наступление от поселка Горячий Ключ. Прорвавшись к Волчьим воротам, что в долине р. Псекупс, противник получил бы возможность выйти в тыл нашим войскам в районе Туапсе. Тогда и выпала на долю 26-го стрелкового полка войск НКВД, 30-й иркутско-финской дивизии и 76-й морской бригады нелегкая задача любой ценой не допустить этого прорыва. Велись ожесточенные бои за господствующую над двумя долинами высоту на горе Фонарь, земля была изрыта артиллерийскими снарядами, усеяна телами раненых и погибших.
В начале октября 1942 года в хутор Поднависла был направлен полковой медицинский пункт 26-го стрелкового полка. Начальник мед.службы, к тому времени погиб, обязанности его исполняла молодая врач Дубровская Вера Семеновна, выпускница Ростовского Медицинского Института, которую на эту должность рекомендовал Михаил Шолохов (!). Втроем – она, санитар Саидов и сын полка Славик выполняли задачи по оказанию медицинской помощи раненым не только своего полка, но и ближних соединений Красной Армии. Медпункт разместился в доме семьи Ханжиян, глава которой, сам партизан, перевез семью в более безопасное место. А вскоре отец семейства привел в медпункт свою младшую дочь Аршалуйс, которая, будучи первой комсомолкой на селе, просто отказывалась в это трудное время оставаться в стороне. Она и стала незаменимой помощницей для Веры Дубровской.
Бинтов и ватных тампонов не хватало, приходилось рвать нательное белье, рубашки, домашние простыни. Погибших от смертельных ранений и потери крови бойцов хоронили на поляне, в сотнях метров от санчасти. Арашалуйс безутешно плакала по умершим солдатам и отмечала могилы: то камень у подножья положит, то осколок от снарядов воткнет, то каску поставит.
Это была круглосуточная вахта. Дома, сады, опушки леса были буквально завалены ранеными. Аршалуйс быстро научилась делать перевязки, уколы. Спали урывками, к бомбежкам и взрывам постепенно привыкли. Глубокие воронки саперы превращали в братские могилы, а наполнялись они чудовищно быстро. В одной легли матросы — почти 400 человек. Саперы определили им место на берегу реки — все же поближе к воде…
У сада, где цвели яблони, спят вечным сном пехотинцы, которые шестеро суток штурмовали станицу Фанагорийскую.
Самая большая братская могила — напротив дома Ханжиянов. По свидетельству Аршалуйс, здесь захоронено свыше 600 бойцов.
Больше тысячи бойцов покоятся на поляне и рядом в лесу. Половина – неизвестных.
Потом 26-й полк должен был убыть на место новой боевой задачи, немцы погнали наши войска на Тамань. С полком ушел и медпункт. Когда Вера Семеновна Дубровская уходила со своим полковым медицинским пунктом, особо просила оберегать могилу командира 3-го стрелкового батальона Сергея Федоровича Ломакина.
Пережитые Аршалуйс трагические дни оставили в душе молодой девушки неизгладимое впечатление. И она поклялась тем солдатам, которых хоронила здесь же, на этой поляне в трех братских могилах, что она никуда от этого места не уйдет.
Аршалуйс уговаривала уехать в Горячий Ключ вся семья, зачем хоронить себя? Но она наотрез отказалась покидать могилы. Здесь прошла вся ее большая, наполненная светом священного долга, жизнь. Ее лучшие годы. Здесь она единственная хозяйка Поклонной поляны. Страж. Женщина-солдат, которая как часовой, изо дня в день, из года в год, более полувека ухаживала за могилами как могла, ставя свои памятники — валуны из горной реки да ржавые каски, которых и сейчас немало в окрестных лесах.
Сейчас от хутора из пяти дворов остался только домик Аршалуйс, в котором живет ее племянница Галина Николаевна Ханжиян. Детей у Аршалуйс не было, ей их заменили сотни солдат, лежащих в ее земле… «Когда тетя умирала, — вспоминала Галина, — она распорядилась своим «наследством». Сказала, что у нее ничего нет, кроме этих могил, и взяла с меня слово, чтобы я их берегла»… И вот Галина до сего времени уже более 10 лет живет в этом же хуторе Поднависла в тех же условиях, где нет воды, нет света.
Аршалуйс Киворковна отстояла эти памятные места и у времени, и у некоторых безответственных, утративших совесть людей из начальства, решивших отвоевать участки под строительство загородных дач и сделать на месте урочища лесное озеро. На Поклонную поляну пригнали бульдозер, чтобы сровнять с землей солдатские могилы. Аршалуйс встретила непрошеных гостей с отцовским охотничьим ружьем. «Или уйдете, или похороните меня рядом с моими солдатиками», — сказала Аршалуйс и взвела курок… Бульдозерист не поверил и завел машину. Аршалуйс выстрелила дважды: сначала в воздух, затем – в лобовое стекло бульдозера. А в ответ на ругань бульдозериста сказала: «Тише, здесь спят солдаты»… Так эта удивительная женщина защитила мертвых от живых. Пятьдесят лет охраняла она вечный сон наших солдат.
В День Победы каждый год сюда съезжались близкие погибших и неизменно их встречала одинокая женщина. Лесная затворница. Хозяйка Поклонной поляны…
В общем-то она стала достопримечательностью этого края. Ее посещали пионеры, туристы, и, конечно же, ветераны. Но только администрация была равнодушна к Аршалуйс, да и к местам захоронений — тоже… События резко изменились после того, как по рекомендации детских организаций она была представлена на конкурс Женщина Года в номинации «Жизнь — судьба» (вот все номинанты 1997 года, кому интересно wwwowl.ru/win/women/wmr/magazine/n1_98/n1zh_m97.htm ). И после того, как по решению ЮНЕСКО она была признана женщиной года, местные власти не оставили ее без внимания. Аршалуйс оставалось жить немногим более года. Она не успела получить премии и дипломы — все это было уже посмертно.
Врач госпиталя Вера Дубровская помнила обещание, данное Аршалуйс, что после войны она вернется с однополчанами. Ее возвращение произошло через 30 лет, в 1972 году на 9 мая однополчане, в том числе и Вера Семеновна прибыли туда на место захоронения вот этих бойцов и командиров. И тогда по веткам, которые Аршалуйс обозначала могилы, они смогли определить места захоронения, и после 1972 года стали устанавливать памятники.
В 1998 году Аршалуйс не стало. Похоронили ее рядом с погибшими солдатами.
А через два года — в 2000 году, — у хутора Поднависла, был открыт мемориал в память о погибших Воинах. В 2002 году силами армянской общины Юга России здесь были построены две часовни — армянская и русская в память о тех, кто отдал жизни за мирное небо, в память хозяйки Поклонной поляны.
Регулярную помощь оказывает Галине несколько шефских организаций, в том числе ветераны и курсанты Краснодарской академии МВД, которые регулярно устраивают вахты памяти, ремонтируют дом Аршалуйс и работают по благоустройству мемориального комплекса.
Поляна Памяти теперь стала местом поклонения, сюда стекается множество людей, чтобы поклониться памяти воинов-героев. И вновь их встречает одинокая женщина. Лесная затворница, хозяйка Поклонной поляны Галина Ханжиян.

При написании топика использованы материалы интервью с Павлом Александровичем Смирновым, начальником кафедры тактики (оперативного использования) внутренних войск, полковником, кандидат исторических наук, членом Общества изучения истории отечественных спецслужб, автором исторического романа и ряда научных публикаций для программы «Невидимый фронт» на канале «Столица». Дата эфира 03.10.2008 г. Использованы фотографии из личного архива и взятые из открытых источников в сети, фото-кадры из документального фильма «Хозяйка Поклонной горы».
">
Данный материал опубликован на сайте BezFormata 11 января 2019 года,
Источник: PrivetSochi.Ru18.04.2012 18:00

Адрес: урочище Поднависла, Горячий Ключ, Краснодарский край, Россия.
Координаты GPS: 44.460821, 39.045798.

https://i.imgur.com/Eh4elIKm.jpg
урочище Поднависла. Армянская и русская часовня, братская могила, памятник Аршалуйс Кеворковне Ханжиян
Источник фото: https://yugarf.ru/urochishche-podnavisl … m-klyuche/
https://i.imgur.com/khmft9vm.jpg https://i.imgur.com/rEDsFjYm.jpg

фото 2016г., источник: https://mane4kasakh.livejournal.com/34363.html

0

3

http://www.chekist.ru/article/2814

Хранительница памяти погибших
Темно-зеленые склоны гор хаотично замерли навеки около реки с названием Псекупс. Псекупс в переводе с адыгского значит зеленый или голубой.
Это типичная горная река, берущая  свое начало в горах и текущая через Садовое, Фанагорийское, Горячий Ключ, и впадающая в р. Кубань. В сухое время года она прозрачна и чиста, со стайками мелких серебристых рыбёшек, местами растекается по широкому каменному руслу и такая, что курице перейти без труда. Если где-то высоко в горах пройдут сильные дожди, то безобидная речушка превращается в бурный, своенравный стремительный мутный поток, несущий упавшие деревья с корнями, переворачивающий крупные валуны будто орехи, заглушающий всю округу оглушительным шумом. Этот разгул стихии завораживает любого.
В июле это просто красивейшая речушка, пробившая себе русло сотни тысяч лет назад среди величавых гор, каменистых россыпей и суровых девственно чистых лесов. В современных туристических справочниках эти края называются экологически чистыми островками среди человеком покоренных мест. Здесь довольно часто встречаются пешие туристические группы, двигающиеся по доступным тропам от железнодорожной станции с поэтическим названием «Долина очарования». Край этот просто изобилует памятниками природы, постоянно посещаемыми как местными, так и приезжими любителями путешествий. Богатырская пещера, Фанагорийская пещера, живописные скалистые обнажения, водопады, ущелья – далеко не полный перечень того, что тянет сюда людей.
Вдоль реки к морю устремилось шоссе, ведущее к столице будущей Олимпиады 2014 года в Сочи, где уже день и ночь трудятся рабочие по его благоустройству. Постоянным становится летом стук колес поездов, везущих отдыхающих со всей России, Белоруссии отдыхать на чудное побережье. Не случайно среди отдыхающих в этих местах стала любимой фраза: «Если есть на свете рай – это Краснодарский край!».
Путешествуя по этим прекрасным местам, нельзя не обратить внимания на встречающиеся памятники, относящиеся к боям Великой Отечественной войны. Долина реки Каверзе, левого притока Псеку?пс у Горячего Ключа, вошла в историю как «долина смерти» - никто не возьмется сосчитать точно сколько же здесь погибло солдат как советских, так и противника. Немало написано памятных строк о вкладе в дело победы над врагом в этих краях о 30-й дивизии (с декабря 1942 г. 55-й Иркутско-Пинской гвардейской стрелковой дивизии), других соединениях и частях Красной Армии. Их наименованиями и именами героев названы улицы в районном центре Горячий Ключ Краснодарского края, зажжен вечный огонь, есть Аллея Героев. Ходит немало легенд о героизме, стойкости советских солдат. Кажется, что может  нового появиться о тех событиях через шестьдесят пять лет после того, как прогремел последний залп на склонах этих величественных гор, когда уже в живых почти не осталось участников тех боев, а те, кто погиб увековечены в камне, бронзе, стихах и прозе?
Тем не менее, сравнивая документы об участии внутренних войск в Великой Отечественной войне с монументальным, как о нём говорят, труде А.Гречко  «Битва за Кавказ», невольно задаешься вопросом почему он не упоминает как нужно 26-й стрелковый полк НКВД, а ограничивается только оперативными построениями, общими замыслами, фразами, что враг силен, но мы напряглись, подтянули то, другое, перегруппировались и сразу пошли, приводится примеры массового героизма в боях, тружеников тыла и тому подобное как обычной агитке?
Напомню читателям, что первоначально генерал-майор А. Гречко командовал в этих местах 12-й, 56-й, 18-й, снова 56-й армиями. За полгода три кадровых решения. Не многовато, ли? Ведь чем-то они были вызваны. Конечно, он не исключение, таких назначений в годы войны были десятки, но речь идет о данном конкретном случае.
Конечно в известном труде, основе всех книг по Кавказу общие замыслы немецкого командования приводятся, что враг стремился насести фланговые сходящиеся удары вдоль Псекупс  на Шаумян и со стороны Хадыженска на этот же населенный пункт и первоначально рассечь 18-ю армию.
Данной книге вторит и «Советская военная энциклопедия»: это был первый этап: 25.9 – 13.10 отражение попытки прорыва и охвата на флангах 18-й и 56-й армии со стороны Горячего Ключа на Фаногарийское и далее в сторону моря, со стороны Нефтегорска на Белую Глину и Маратуки, далее к морю. Второй: 14.10- 23.10 отражение наступления на Шаумян и Садовое. Этими действиями должна была завершиться попытка окружения 18-й армии и выхода к морю. Третий: попытка прорваться к Туапсе в центре обороны армии через Георгиевское.
Вроде бы все сходится, но почему на направлении главного удара немцев в стык армий вдруг оказывается 26-й стрелковый полк НКВД? Вроде бы по картам, приводимым в книгах о тех боях, там три стрелковые дивизии. Что может полк, тем более НКВД, не предназначенный для боев, в сравнении со стрелковой дивизией?
Однако, изучение всего, что написано, позволяет взглянуть на «прописанные» истины иначе. 30-я Иркутская дивизия была измотана предыдущими оборонительными боями, в полках едва ли насчитывалось треть личного состава. Основной удар противника в полосе обороны соединения пришелся на долину реки Каверзе - самый короткий путь  врага к морю. Сейчас здесь идет современное шоссе, а тогда была простая грунтовка, однако это было танкоопасное направление, единственное в полосе обороны 56-й армии. Горная местность лишила противника преимущества в подвижности танковых и механизированных войск. Враг здесь столкнулся с жесткой обороной. Тогда он переносит направление главного удара на долину реки Псеку?пс  и натыкается на огневой мешок 71-го гвардейского стрелкового полка в Волчьих воротах, месте, где межгорье хребта Кохт и горы Лысой очень невелико. Фашисты несли потери. Где-то здесь вместе с гвардейцами сражаются бойцы 277-го стрелкового полка войск НКВД.
Как же получилось, что 71-й гвардейский стрелковый полк, успешно перекрывший русло реки Псекупс,  оказался обойденным? Ответа не было до сих пор. Были только догадки, что противник просочился через горы и оказался выше по течению реки. Нигде в научных трудах, документах, опубликованных картах тех боев нет ничего вразумительного по этому эпизоду, выходит просто, что немцы как призраки появились через горы, где их не ждали. На картах стрелки проведены просто через горы. А ведь склоны там приличные. Через них могли пройти только небольшие группы.
Ответ совершенно неожиданно появился из беседы с бабкой Васюной, местным старожилом, которая махнула в сторону гор и как один из немногих живых свидетелей поведала о тех событиях. Правильно, через Волчьи ворота, самое узкое место в межгорье в долине Псекупс, враг не прошел, но, оказывается, нашелся «Иван Сусанин» из местных жителей, который показал дорогу от поселка Октябрьский через хребет Кохт. Была названа фамилия это человека, который пережил войну, стал ветераном, жив вроде бы и поныне. Не привожу фамилию, вдруг бабушка ошибается. Только в одном она права – по горной тропе враг сделал просеку, и у нас между двумя армиями появились не мелкие просочившиеся группы, а реальные пехотные батальоны с артиллерией, минометами, необходимыми припасами. Дальше  все сходится: захвачена гора Фонарь, господствующая высота над Фанагорийским, и все планы противника становятся очевидными: можно наступать на неприкрытый командный пункт 30-й дивизии полковника Б.Н.Аршинцева, можно в направлении Садового.
Здесь появляется отгадка к еще одной легенде, о том, что гора Лысая, господствующая над долиной Каверзе много раз переходила из рук в руки и все-таки была возвращена нашими войсками, и враг ее больше не взял. «Отсюда в ноябре 1942 года 56-я армия начала героическое наступление по плану «Горы». И отсюда же, преодолев самые крутые — западные склоны Лысой, иркутцы захватили вновь вершину этой горы, тяжело израненной бомбами и снарядами, чтобы стоять на ней насмерть. «Потому что, отдай мы им Лысую, — говорит ефрейтор Степанов, один из героев «Кавказских записок» Виталия Закруктина, — а потом еще три горы, а потом Кавказ -Гитлер и перекинет всех своих солдат под Москву, под Ленинград или под Сталинград. А вот мы держим Лысую, и Гитлер не может увести отсюда ни одного солдата».  Конечно легенда красивая, очередная. Но именно легенда. Враг взял её, в октябре 1942 года. По данным нашей воздушной разведки на 3 января 1943 здесь опорный пункт противника. Из документов 277-го стрелкового полка НКВД на 9 января после передачи части полосы обороны от 76-й мотострелковой бригады, это был рубеж, занятый врагом перед левым флангом обороны 3-го батальона. Сейчас становится ясно, что противник обошел гору Лысая и свободно поднялся с южного склона и сбросил малочисленный гарнизон полка 30-й дивизии, у которого сил на круговую оборону было явно мало, и он оборонял только северный склон.  Все это подтверждается окопами на горе Лысая. Окопы противника на этой высоте находятся как раз со стороны обороны наших войск на зимнее наступление, а тот склон, что обороняли иркутяне в начале оборонительных боев, их не имеет вовсе - не принято было у нас тогда делать окопы в горах.
Именно сюда и был брошен 26 стрелковый полк НКВД, до этого выполнявший задачи охраны тыла, заткнуть проход, отбросить врага. Семь дней упорных уличных боев. Через неделю враг выброшен из Фанагорийского. Потом, после того, как полк передал оборону 71-го гвардейского стрелкового полка этого участка, половина поселка была снова захвачена врагом, так как господствующая высота Фонарь позволяла простреливать всю нашу оборону. Вот здесь то и был оперативный просчет командования Черноморской группы Закавказского фронта и 56-й армии. Несмотря на грозную директиву Ставки №170579 от 20 августа 1942 года, штабы этих оперативных объединений не сделали должных выводов из этого документа даже через полтора месяца.
Все эти выводы и события совпадают по времени с назначением генерал-майора А.Гречко на соседнюю 18-й армию. 26-й стрелковый полк НКВД остается в полосе именно его армии, а не 56-й, где он был до этого, и спешно перебрасывается, обратите внимание, в долину реки Пшиш, на Хадыженское направление и препятствует продвижению на другом фланге клещей немцев  в ходе первого этапа их наступления. Хоть и были в этих краях три дивизии 32-я, 107-я, 328 и 400-я стрелковые бригады, 255-я морская стрелковая бригада, однако сил не хватало, все эти части и соединения были малочисленны из-за больших потерь, формально числились дивизиями и бригадами, на самом же деле далеко таковыми не были. Полк поочередно перекрывал то долину реки, после его обхода, когда все соседи, т.е. кому он придавался, отошли, вел бои в окружении в течение суток до полного израсходования боеприпасов, выходил из окружения и снова оказывался на направлении наступления врага, удерживая то единственную дорогу в тылу 18-й армии, то высоту 362,5, то гору Седло. Затем снова бои в окружении, оборона высоты 458,7 и в конечном итоге он отбрасывал подразделение врага, приблизившегося к КП 18-й армии в районе Челепси. И так два месяца непрерывных боев.
В трудах А.Гречко о нем ни слова, хотя он сам подписывал документы на преобразование его в гвардейский, а потом еще в мае 1943-го этот же полк в составе 1-й отдельной стрелковой дивизии НКВД прорывал укрепления немцев, известное как «Голубая линия». Не так много было отличившихся частей за неудачную операцию по прорыву этого немецкого укрепления в 56 армии, чтоб не запомнить 26-й стрелковый полк НКВД.
К сожалению, драматические страницы боев для участвующих в них частей войск НКВД в этих местах не заканчиваются.
Куцый, случайно сохранившийся список погибших 26 стрелковый полк войск НКВД в пятнадцать фамилий привел меня после музея в Горячем Ключе на Поднавислу. Одно из красивейших мест в округе, своеобразную «Мекку туристов» в этих краях. Урочище Поднависла одно из живописнейших мест в этих краях. От дороги Горячий Ключ – Туапсе в двадцати пяти километрах. На легковом автомобиле довольно просто добраться через Фанагорийское. Об этой достопримечательности сейчас знает каждый местный житель.
Вообще документы этого полка сгорели в архиве после войны. Остались только некоторые боевые донесения командирам соединений, куда входил этот полк. В отличие от 277-го стрелкового полка НКВД, фамилии некоторых погибших 26-го стрелкового полка НКВД удалось найти в Книге Памяти в горячеключевском музее. Тут же мне рассказали о местной легенде, Аршалуйс Киворковне Ханжиян, почетном гражданине города Горячий Ключ. Раньше доводилось слышать кое-что об этих местах, кажется от своего товарища Владимира Рыщука, который долго служил в Краснодаре, даже его полк шествовал над мемориалом.
Долгое время здесь, в урочище Поднависла, проживала Аршалуйс Киворковна Ханжиян. Судьба этой женщины необычна. В годы Великой Отечественной войны, когда фашисты рвались к Туапсе, возле хаты Аршалуйс был размещен советский военный госпиталь. Было очень много раненых. Более тысячи советских воинов похоронено здесь у реки. Умирая от тяжелых ран, солдаты просили Аршалуйс не оставлять их в этом глухом лесу одних. Закончилась война, разъехались ее братья и сестры, но Аршалуйс осталась верна солдатской памяти, клятве которой она дала. Бережно ухаживала она за могилами. Несмотря на преклонный возраст, она превосходно справлялась со своим «робинзоновым» хозяйством, уверенно ходила по окрестным горам, превосходно стреляла. Стены комнат ее хаты были увешаны рисунками, в которых Аршалуйс Киворковна запечатлела природу ущелья. Такой примерно рассказ вам расскажет любой местный житель.
Изучение надгробий на единственном пофамильном захоронении, рассказ племянницы Аршалуйс Галины Николаевны Ханжиян, которая продолжает выполнять наказ своей тети и ухаживает за могилами, рассказов, написанных местными краеведами, позволило сделать еще один обескураживающий по своей простоте вывод. Оказывается, в этих краях в конце сентября - начале октября был размещен полковой медицинский пункт 26-го стрелкового полка НКВД, а не госпиталь, как это описывается в некоторых книгах и путеводителях. Весь медперсонал насчитывал тогда три человека: врач полка Вера Семеновна Дубровская, которая заменяла начмеда полка Коваленко, убитого в бою, раненый санитар Саидов да десятилетний сын полка Славик. Раненых доставляли не только со своего полка, но и со всей округи - пехотинцев, морпехов. Просто приносили и клали под деревья, мест в помещениях и под хозяйственными навесами не хватало. На счастье доктора Веры, как её называли раненые, на хутор Поднависла прибыл хозяин Киворк Хачикович Ханжиян, семья которого скрывалась в горах от немцев, а сам он был в партизанах. Видя, что маленький персонал просто физически не успевает обрабатывать раненых и хоронить умерших, привел свою дочь Аршалуйс, что в переводе с армянского значит «Свет звезды». Не хватало даже бинтов, раненых эвакуировать в Туапсе было весьма проблематично.
Летом 2008 года поинтересовался у местных жителей, как отсюда проехать в Туапсе через горы. Мне сказали, что только на «Урале». Как и на чем доставляли в Туапсе в госпиталь раненых для меня до сих пор загадка, вероятно, только выздоравливающие своим ходом могли добраться. Участь остальных в огромных братских могилах. Захоронений кроме могилы 26-го стрелкового полка еще два. В одном около двух сотен человек, в другом свыше четырехсот. Обе братские могилы на поляне безымянные.
Так с октября 1942 года жизнь этой женщины, пережившей тогда сильнейшее потрясение, до 1998 года была связана с захоронениями в этих краях и памятью о тех солдатах.
Через две недели медпункт 26-го полка НКВД должен был переместиться в сторону Садового со своим полком. Вера Семеновна наказала Аршалуйс смотреть за могилами однополчан и за могилой капитана Сергея Федоровича Ломакина, командира 3-го батальона, погибшего от ран в боях во время штурма Фанагорийского, (Вера Семеновна всю жизнь после войны прожила в Краснодаре, умерла в 2006 году). Маленький доктор, как её называла Аршалуйс, обещала после войны вернуться на эти могилы. Вернулась с однополчанами через тридцать лет, 9 мая 1972 года. Все это время Аршалуйс проживала одна на этом хуторе, в домике, где до сих  пор нет света. Если летом тепло, то зимой температура иногда падает за минус тридцать, под сорок. Все-таки горы. Отопление зимой от очага. Где нет никаких теплоулавливающих колен. Прямой дымоход. Чтобы не забыть могилы, обозначала их ветками, которые периодически заменяла.
Родственники неоднократно уговаривали её уехать с хутора, выйти замуж. Однако, она осталась до конца верна памяти тех, кто погиб в этих местах. Так и охраняла покой солдатских могил. Нет, она не была в полном одиночестве, братья и сестры постоянно навещали ее, помогали, чем могли.
Благодаря ее мужеству могилы не сровняли с землей. Не оговорился, именно не сровняли. В одно прекрасное утро появились бульдозеры с заданием сравнять могилы и создать пруд, место для отдыха местной знати, ВИП персон. На встречу им вышла пожилая женщина со старым отцовским ружьем и дважды выстрелила в воздух и повернула технику назад: «Нельзя! Здесь спят солдаты!» Может быть,  эту сцену и позаимствовали для сюжета фильма «Любить по-русски»?
Поднависла многие годы была и остается местом туристов, здесь они помогали Аршалуйс. Благодаря их вниманию, о ней стало известно в округе, ежегодно на 9 мая приезжали ветераны. Однако меня поразила надпись на надгробных плитах о том, что здесь покоятся бойцы 26-го пограничного полка. Как это могло случиться? Изучая послевоенные события, удалось докопаться до истины. Что это 26-й стрелковый полк НКВД – сомнений просто не было. Да, был 26-й пограничный полк, но в это время он оборонялся под Орджоникидзе. Но почему надпись на мраморе «пограничный»? Оказалось, что этот полк, как и многие другие, комплектовался из военнослужащих внутренних и пограничных войск, и в 1972 году ветераны полка специально, чтобы добиться разрешения на установку памятника, обращались в КГБ СССР, чтобы им не отказали в просьбе полк назвали пограничным. Так теперь везде в местных краеведческих трудах проходит пограничный полк, в том числе и в соседнем Туапсинском районе, в Книге Памяти края.
Другим неожиданным открытием стало то, что на камне высечены 97 фамилий бойцов и командиров этого полка. По имевшимся у меня архивным данным на захоронения некоторых лиц, как тогда называли, начальствующего состава, опубликованным материалам местных журналистов, удалось установить, что надписи сделаны и на тех, кто погиб и похоронен не только в Горячеключевском районе, но и Туапсинском. Бывший начальник штаба полка И.И. Машуриков, зная, что архивы полка сгорели, приложил максимум усилий для того, чтобы сохранить память погибших. По плитам видно, что они установлены в разное время, разный шрифт, присутствуют далеко не все инициалы.
Более 50 лет, до февраля 1998 года, Аршалуйс Киворковна охраняла павших, захороненных в трех братских могилах. Да и после смерти не ушла от своих подопечных. Обрела покой на семейном кладбище из четырех могил рядом с братскими захоронениями.
Что больше всего поражает в этой истории? У Аршалуйс нет никаких правительственных наград, все награды – памятные значки и ленты пионеров лагеря «Орленок», медаль ветеранов 26-го стрелкового полка НКВД СССР, заказанная специально для нее ветеранами Армавира и медаль с грамотой ЮНЕСКО в признании ее женщиной года в номинации «Жизнь - судьба». В день похорон ее удостоили звания Почетный гражданин города Горячий Ключ.
Когда бабушки Шуры не стало (так ласково ее все называли), уход за братскими могилами взяли на себя Комитет по делам молодежи Горячего Ключа, местная армянская община и родственники Аршалуйс Киворковны. Активно помогают курсанты Краснодарской юридической академии МВД. Благодаря стараниям командования этого вуза удалось приобрести корову для Галины Николаевны, устроить ее на работу, чтобы она получала пусть смехотворную, но зарплату. Бывают военнослужащие из близлежащей воинской части из поселка Молькино, реже - из Краснодара.
Рядом с братской могилой построена небольшая каменная часовня, с одной стороны армянская, с другой - православная. Все поддерживается в идеальном состоянии благодаря стараниям Галины Николаевны Ханжиян, которая каждое утро начинает с ухода за могилами, полет траву, поливает цветы, встречает гостей, рассказывает. Добровольно выполняет наказ-завещание умирающей тети, за которой ухаживала два последние года её болезни: «Тетя дала клятву солдатам, а я ей».
В разговоре удалось вызвать ее на откровенность. Тяжело, очень тяжело. Света нет, привыкла. Конечно, есть движок, подарили, но нет бензина. Опасно. Едут сюда люди разные. Конечно, большинство едут поклониться, свечки поставить, детям показать, отдохнуть на природе. Для любителей пикника оборудованы столы под навесами, мангалы, есть даже гостевой дом, для тех, кто переберет и не сможет сразу уехать. Даже бывают крестины армянских детей на берегу реки Чепси. Есть же посетители хуже зверей, ведут себя по-хамски, не знаешь куда деваться, людьми назвать нельзя. Помощи ждать не откуда, мобильники там не работают. Да и кто поможет? По неволе приходится ладить со всеми,  и с добрыми и со злыми.
Ещё меня поразило то, что местная армянская община совершенно добровольно взяла на себя эту ношу, это во время рыночных ценностей и отношений. Когда за все нужно платить. Благодаря, в первую очередь им, это место стало местом настоящего паломничества. Хотя оно не близко от цивилизации, но был свидетелем, что летом приезжает от четырех до десяти автомобилей. Взрослые с детьми идут на могилы, ставят свечи в часовнях, купаются в реке, отдыхают на природе.
Через два дня после поездки в эти края меня неожиданно застал звонок Галины Николаевны. Взволнованный голос, искажаемый из-за разных операторов мобильной связи, произнес: «Среди тех погибших солдат 277-го стрелкового полка НКВД много армян, как получить эти списки? Приезжает съемочная группа первого канала армянского телевидения, мы проведем работу по поиску родственников…».
Это происходит в нашей стране, где сотни тысяч не погребенных солдат, где на местах боев сплошь и рядом безымянные братские могилы. Почему так? Почему мы унаследуем от наших предков самое дурное? Достаточно вспомнить Отечественную войну 1812 года, когда на Бородинском поле памятники поставили в 1912 году на деньги солдат и офицеров, служивших в тех же полках, что и погибшие. Не монаршьи особы раскошелились раз в сто лет, за которых положило животы свои русское воинство в количестве 75 тысяч человек всего-то на одном поле, которое за день при желании не спеша можно обойти. Именно император Николай II открывал мемориальный комплекс к столетию битвы, с прахом которого носятся современники последние лет пятнадцать, споря бесконечно он это или не он. К сожалению, видимо, это у нас наследственная болезнь, канонизировать бывшего императора, помазанника божьего, добровольно отказавшегося от престола, совершившего тем самым тяжкий грех. Проводить многочисленные международные экспертизы, тогда как поиском погибших в годы самой кровопролитной войны занимаются пацаны и энтузиасты, а государство вспоминает их один раз в году - 9 мая.
Почему-то невольно вспоминается фраза дяди, раненого под Могилевом, сказанная после картины Озерова «Освобождение»: «Не так было, не так…». Вообще он не любил вспоминать войну, рассказывать о ней.
Начинаешь по-новому воспринимать фразу Л.Н.Толстого: «Война – дело постыдное… Поэтому все в ней участвующие стремятся заглушить в себе совесть…»

Павел СМИРНОВ, кандидат исторических наук

0

4

https://xn--c1adfgdchibyw4a2de8hk.xn--p1ai/stati/2975-zabytye-polki-2 Городской исторический музей г. Горячий Ключ

ЗАБЫТЫЕ ПОЛКИ
Опубликовано 28.01.2021 10:32
https://i.imgur.com/2DrUF8Om.jpg
«…28 января 1943 года частями 56-й армии освобожден районный центр курортный поселок Горячий Ключ» - так, голосом главного диктора страны Юрия Левитана, и со страниц центральных газет звучало 31 января 1943 года сообщение Совинформбюро. О том, какие части освободили курортный поселок сказано не было. Да и не могло быть: ни номера, ни названия конкретных воинских частей, из соображений секретности, не назывались в открытом доступе. Чаще всего говорилось так: «…н-ская часть, взломав оборону противника, с боями продвинулась на столько-то километров…»
Может потому, через много лет, исследователи битвы за Кавказ стали ломать копья по вопросу кто и какую роль играл в Туапсинской оборонительной операции, а затем и в освобождении нашего города? Может, отчасти и поэтому, появились в военной истории Горячего Ключа «забытые полки» - 26-й и 277-й стрелковые полки НКВД? Нет, конечно! Причины в другом, и о них мы поговорим чуть позже. Сразу оговорюсь: настоящая статья не претендует на однозначное мнение и тем более научное исследование. Давайте будем принимать ее на правах версий и размышлений, но подкрепленных, там где возможно, фактами.
Режущая слух аббревиатура НКВД и сейчас для многих звучит угрожающе. Оно и конечно, - в каждом современном фильме о войне, обязательно присутствует персонаж офицера НКВД в чистенькой синей форме, со слащавой улыбкой на холеном лице и с гнилой душонкой подлеца. Так теперь положено, - рейтинги, формат, контент и прочее. Как бы то ни было - не берусь судить.
Но факты говорят - без поддержки Красной Армии войсковыми частями НКВД, Кавказ было не отстоять. Каждый, кто проходил по высокогорным перевалам Северного Кавказа (именно проходил, а не проезжал в комфортном автомобиле), там, где только свист ветра заглушает доносящийся с высоты клекот орла, на многих перевалах мог повстречать обелиски нашим пограничным и другим подразделениям НКВД. Именно ими были перекрыты все труднопроходимые тропы, когда немцы рвались на Кавказ. «Здесь, в неравной схватке с фашистами, погибло но не пропустило врага, отделение сержанта…» - лаконично оценивает жизни пограничников табличка почти на каждом высокогорном памятнике…
Вот и у нас под Горячим Ключом, когда осенью 1942 года части регулярной Красной Армии были истощены непрерывными боями, в кровавое дело были брошены легковооруженные стрелковые полки НКВД, изначально созданные совсем для других целей.
26-й (пограничный) стрелковый полк внутренних войск НКВД (26-й сп НКВД) окончательно сформировался в ноябре 1941 года на базе 189-го отдельного стрелкового пограничного батальона НКВД Азербайджанской ССР. Командовал полком капитан Иван Прокофьевич Соколенко. Изначально полк выполнял штатные задачи по охране тылов фронтов: Крымского, Северо-Кавказского, Закавказского, Черноморской группы войск. Но уже весной 1942 года, вступил в активные боевые действия с противником, в результате которых, к концу года, у полка появился свой, далеко нескромный счет к врагу: более 3000 уничтоженных гитлеровцев, 22 танка, 5 бронеавтомобилей, 18 орудий и минометов, и др. Летом 1943 года, полк уже в составе отдельных дивизий НКВД, участвовал в прорыве укреплений «Голубой линии», за что был удостоен ордена «Красного Знамени». Но нас в данном контексте более интересует роль 26-го стрелкового полка НКВД при решении боевых задач именно на нашей местности, и именно осенью-зимой 1942 года.
В сентябре 1942 года немцы, лишенные возможности в полной мере использовать танковые и моторизованные дивизии в условиях горной местности, используют почти единственную возможность прорыва в сторону Туапсе по долине реки Псекупс. Эту возможность учел в своих тактических замыслах комдив 30-й Иркутской стрелковой дивизии Б.Н. Аршинцев, когда планировал свой знаменитый «мешок» в Волчьих воротах. Когда основные силы противника сосредоточились в долине Псекупса с целью продвижения по ней на юг, подразделения этой дивизии «захлопнули» долину реки в самом узком ее месте - Волчьих Воротах. Классически считается, что в этом огневом «мешке» почти полностью была разгромлена 125 гренадерская пехотная дивизия немцев. Несомненно, немецкие части здесь понесли огромные потери, как впрочем, и наши войска. «Как рассказали местные жители, - пишет в «Кавказских записках» Виталий Закруткин, - вода в реке Псекупс была кроваво-красного цвета.» Однако, если отбросить эмоционально-субъективную оценку тех событий и рассмотреть хроники боевых действий на основе архивных документов, то видно, что после «успешной» операции «Волчьи ворота», результат значительно отличался от ожиданий командования 30-й дивизии. Так, немецкие части не только продвигаются на юг по долине Псекупса (чему должна была воспрепятствовать эта операция), но и занимают села Безымянное с хутором Старообрядческим и Фанагорийское. Возможно, это были подразделения соседней, 198-й пехотной дивизии немцев, действовавшей слева по фронту, но во взаимодействии со 125-й дивизией.
Есть данные исследователей, что со слов старожилы хутора Старообрядческого, бабушки Василисы Максимовны, немцы вошли в село не через долину Псекупса, а со стороны хребта. Что нашелся некий «сусанин» из местных жителей, который провел вражеские батальоны, по специально вырубленной просеке, от поселка Октябрьского, через хребет Котх в долину Псекупса. Якобы этот негодяй, даже стал ветераном после войны и жил в почете до последних дней. Фамилия его не называется, во избежание возможной ошибки. Как бы то ни было, но каким-то, не объясненным однозначно образом, к концу сентября немцы с артиллерией, минометами, припасами оказались там, где их, казалось бы «разгромили и не пустили» в результате «мешка».
К этому времени силы частей 56-й армии на данном участке фронта, были измотаны до предела: в подразделениях оставалось не более одной трети людей, менее половины боекомплекта зарядов, патронов и гранат. Силы противника в людях, технике и вооружении превосходили наши в три раза, при абсолютном господстве в небе авиации. Эффективно перекрыть проход неприятеля к с. Шаумян и далее к Туапсе практически было нечем и соседней, 18-й армии. Именно поэтому из Джубги форсированным маршем прибыла и сразу вступила в бой на склонах г. Фонарь и у с. Фанагорийского 76-я морская стрелковая бригада (76-я мсб).
Именно поэтому в брешь, образовавшуюся между 18-й и 56-й армиями и был брошен 26-й стрелковый полк НКВД, выполнявший до этого охрану тыловых объектов фронта. Здесь он поступает в распоряжение комдива 395-й стрелковой дивизии и действует совместно с ней, 76-й мсб и другими подразделениями в данном районе. В течении недели с 3 по 10 октября - ожесточенная оборона и контратаки, рукопашные схватки на улицах села за каждый дом и переулок. Согласно документов Наркомата ВД СССР «1 октября 1942 г. 26-й сп НКВД выступил из с. Новомихайловского, а уже 5 октября, преодолев упорное сопротивление противника, овладел с. Фанагорийским и … 6-7 октября вел тяжелые оборонительные бои».
Ну, как - «овладел»? Известно, что нашими войсками (а это, кроме полка были подразделения 76-й мсб, 395-й сд, сводного отряда 353-й сд, и др.) была отбита лишь часть села и линия фронта проходила по улицам и домам. И в последующем немцы выбивали наши подразделения из Фанагорийского, и снова были отброшены. В тех боях, по официальным документам, к счетам полка добавилось более 600 уничтоженных гитлеровцев, 25 ДЗОТов, 9 минометов, 11 пулеметов, артиллерийская батарея и др.
Решив в нужное время и в нужном месте поставленные перед ним задачи, полк затем перебрасывается на другое «горящее» направление - Хадыженское, в район Сарай-горы и горы Седло. Здесь, он фиксируется в боевых сводках уже с двадцатых чисел октября, и на протяжении почти двух месяцев действует совместно с 32-й гвардейской стрелковой дивизией, 68-й морской стрелковой бригадой, и другими соединениями. Бои в тех горах были до предела ожесточенные, да и сама местность чрезвычайно труднодоступна, даже сейчас. Уже в последние десятилетия начали проникать в район Сарай-горы поисковые группы и экстремальные туристы. Говорят, первопроходцы тех мест встречали усыпанные минами-лягушками лесные поляны, нетронутые минометные батареи, да солдатские костяки в проржавевших касках, с проросшими сквозь них кустами…
Но, опять вернемся к тому, что соединяет нас с этим «забытым» 26-м полком.
На Поклонной поляне в урочище Поднависла, одну из могил вершит памятник командиру 3-го батальона 26-го сп НКВД капитану Сергею Федоровичу Ломакину, умершему от ран, полученных при штурме села Фанагорийского. Много тут и других захоронений однополчан капитана - около ста фамилий высечены на могильных плитах. Дело в том, что именно этому полку мы «обязаны» нынешним мемориальным статусом Поклонной поляны: в начале октября 1942 г. в брошенном хозяевами хуторе Поднависла, разместился медицинский пункт полка, руководила которым военврач Вера Семеновна Дубровская, - «маленький доктор», как называла ее впоследствии Аршалуйс Ханжиян. Помогал ей раненый санитар Саидов, да десятилетний сын полка Славик. В это тихое, вдали от линии соприкосновения место, приносили раненых; не только полковых, но и со всех частей, воевавших поблизости. Поэтому здесь мы видим обелиски и пограничникам, и морякам, и пехотинцам. Позже на хуторе появился хозяин, Кеворк Ханжиян, семья которого временно обосновалась в лесу, в Монастырской щели. Сам он, оказывающий содействие партизанам, и понимая как тяжело врачу справляться с нарастающим потоком раненых, прислал на хутор дочь-комсомолку, с наказом помогать чем сможет. А спустя две недели, медпункт должен был убыть к месту новой дислокации полка (как сказано выше - в Хадыженском направлении), но раненых по бездорожью вывезти не было возможности; да и некуда. И убывая с полком, Вера Семеновна наказала дочери Кеворка по возможности ухаживать за ранеными и присматривать за могилами, особенно капитана Ломакина. Так и осталась Аршалуйс на своем хуторе навечно…
В мае 1976 года Константин Еременко с красными следопытами СШ № 1 организовал первую встречу ветеранов 26-го пограничного стрелкового полка НКВД. К тому времени ему удалось разыскать всего лишь 18 человек. Но и эти немногие ветераны были счастливы вновь увидеть своих боевых товарищей, побывать на местах боев в окрестностях с. Фанагорийского, возложить цветы к могилам погибших однополчан. От той встречи сохранилось лишь несколько фотографий, да еще список адресов ветеранов. Вера Семеновна Карпенко (Дубровская), бывший врач медпункта полка, жившая в Краснодаре, тоже была на встрече и даже приезжала к Аршалуйс в Поднавислу.
Есть мнение исследователей о том, что 26-й стрелковый полк НКВД по штатной организации, фактически не являлся пограничным. Да, действительно данная часть, как и многие другие в войсках НКВД комплектовалась в основном из военнослужащих внутренних и пограничных войск. А в 70-х годах, ветераны полка специально, чтобы им разрешили официально установить памятник, в обращении к Председателю КГБ СССР, назвали полк пограничным. Так и повелось с того времени. Есть такое неоднозначное мнение, но оно не опровергнуто. В связи с закрытостью материалов по структурам Госбезопасности, в этих вопросах очень много путаницы и версий. Как, впрочем, и с другим нашим «забытым» полком - 277-м стрелковым полком НКВД.
277-й стрелковый полк внутренних войск НКВД (277-й сп НКВД) был сформирован в январе 1942 г. в Тбилиси из частей, охранявших железные дороги Кавказа и Закавказья. Изначальная численность полка 1562 военнослужащих. Командиром был назначен майор Василий Герасимович Жданов, участник Гражданской войны, опытный руководитель. За время войны он был награжден двумя орденами Красного Знамени, Красной Звезды и высшим орденом - Ленина! Но у «забытого полка» и командир забыт - ни одной фотографии Жданова и сколь-нибудь подробной информации о нем не сохранилось.
Из формуляров полка, журналов боевых действий, распоряжений и схем, книг боевых потерь известно, что полк в декабре 1942 г. - январе 1943 г. непосредственно участвовал в боевых действиях в районе Садового (Туапсинский район) и в долине реки Псекупс. Вел активную оборону, посылал в тыл противника разведывательные группы, поражал выявленные огневые точки врага, имея на вооружении в основном лишь стрелковое оружие.
Но отношение к полку со стороны комдива 395-й стрелковой дивизии Сабира Рахимова (которой полк был подчинен с 18 декабря по 3 января) странное: «…за это время полк боевых действий не вел, прочно обороняя участок…» И тут же противоречивая характеристика другого офицера - командира взаимодействующего отдельного минометного полка, майора Зильбетберга: «Полк… показал высокое умение сочетать маневр со всевозможными видами наступательного боя. Снайперы и разведчики немало наделали страха в среде «хваленых и непобедимых» фрицев. Там, где немцы действовали хитростью, советские чекисты побеждали двойной хитростью… Мы надолго запомним имена славных чекистов: майора Жданова, майора Глушенко, капитана Вартаняна, разведчика Соболева и других…» Без патетики, но также положительно оценивает действия 277-го полка командир 1187 истребительного противотанкового артполка РВГК («Катюш») подполковник Харкевич.: «За время совместных действий… командиры пехоты полка показали твердые знания боевых свойств и боевой мощи использования РВГК… умение использовать артиллерийский огонь в сочетании со своими огневыми средствами… Активная роль батальонов полка по захвату участков обороны противника во многом обуславливалась правильным пониманием и применением артиллерийского огня командирами пехоты».
К чему я привожу эти разноречивые характеристики? Дело в том, что «делиться» победами, в отличии от разделения ответственности за поражения, не всегда было принято. Поэтому, в главных трудах по обороне Кавказа, исследованиях и воспоминаниях, написанных впоследствии высокими армейскими военачальниками, вы не найдете не то что лестных, но скорее всего вообще упоминаний о действиях частей НКВД. Немногим лучше обстоят дела и с освещением роли морских бригад и батальонов. Отчасти поэтому наши полки были надолго «забыты». А отчасти потому, что главный архив, хранивший документацию войск НКВД сгорел в послевоенное время и реальная информация доступна в основном, в косвенном виде - через упоминания в документации частей Красной Армии. А что не сгорело - долгое время хранилось под секретным грифом.
Но есть еще одна, немаловажная причина для исторического забвения чекистских частей. С марта 1943 по март 1944 гг. полк базируется в Майкопе, где выполняет задачи по ликвидации бандформирований. Большая часть этих банд (от нескольких до полусотни человек) образовалась из дезертиров и военнослужащих, потерявших связь со своими частями при отступлении 1942 года, и ушедших в леса на «вольные хлеба». Во время оккупации они не сдались противнику, даже могли партизанить; но, после изгнания фашистов, не торопились вернуться в строй - из боязни, либо по другим мотивам. Вооруженные и голодные, усиленные разным сбродом и уголовным элементом, они стали представлять серьезную опасность для населения и возрождающихся органов власти: грабили магазины, нападали на транспорт, угоняли скот в колхозах. Как не вспомнить здесь персонаж Виктора Павлова в фильме «Место встречи изменить нельзя» - фронтового товарища Шарапова - Левченко?! Также были банды дезертиров из немцев и словаков, бывших полицаев и пособников оккупантов. Иногда бандами и даже подпольем на освобожденной территории руководили немецкие агенты. Время было такое - неспокойное и жестокое, да и война еще далеко не закончилась и разведка противника успешно работала в разных направлениях (а здесь невымышленные аналогии с фильмом «Ликвидация»).
Так вот, нашим полком, как и другими подобными частями, были проведены сотни, практически боевых операций, по обезвреживанию или уничтожению таких банд; несколько тысяч их членов было задержано. При этом изъяты тысячи винтовок, автоматов, гранат, десятки пулеметов и минометов и прочее вооружение. Конечно, во времена хрущевской «оттепели», такой «актив» полка НКВД, в виде красноармейских дезертиров, был не по нраву официальной победоносной пропаганде. Добавьте сюда участие 277-го полка в борьбе с националистическим подпольем на Западной Украине в 1944 - 46 годах. А еще, некоторые части НКВД выполняли решения правительства по депортации местного населения Кавказских республик; некоторые части НКВД выполняли задачи заградотрядов для штрафных рот…
Конечно, все эти события впоследствии не имели большой популярности как у народа, так в среде фронтовых мемуаристов-военачальников, писавших историю войны. Положение усугубилось после ареста Берии, в ведомстве которого был Наркомат Внутренних Дел. С этого момента все, что было связано с его именем, даже косвенно, оболгалось и было сведено на нет. «Забылись» и подвиги простых бойцов и командиров, тысячами погибавших на самых сложных участках фронта.
Итак, если мне удалось убедить читателя, что 277-й сп НКВД достоин выхода из забвения, можно продолжить далее.
12-13 декабря 1942 г. полк автотранспортом доставляется в район села Садовое. Затем, войдя в оперативное управление 395-й стрелковой дивизии, сменяет на боевых позициях 255-ю бригаду морской пехоты. В конце декабря 1942 года принимается решение о направлении 277-го полка к месту подготовки нового наступления, на замену 71-му полку 30-й Иркутской дивизии. Наступление должно было начаться в ближайшие дни, а армейские дивизии и морские бригады были практически обескровлены предыдущими месяцами активной обороны. Полк тремя эшелонами совершает 34-х километровый переход по горам: Садовое - Афанасьевский Постик - Попова щель - дом лесника. Ввиду отсутствия дорог для транспорта и непролазной распутицы, тылы полка двигались совершенно обособленно: Чилипси - Туапсе - Джубга. Тыловая служба 395-й дивизии должна была обеспечить его продуктами на трое суток, но по непонятным причинам этого сделано не было.
Марш полка проходил под непрерывным дождем и снегом, без возможности отдыха, обогрева и ночлега: огонь разжигать нельзя, - полк в минометной и ружейной досягаемости от противника; да и невозможно - все вокруг вымокло. На коротких привалах нет ни малейшей крыши над головой; шинели и обмундирование промокли насквозь и тянут к земле; высота снежного покрова местами достигает двух метров. Приходится форсировать поочередно три бурных в это время реки, не считая мелких ручьев и балок. Кроме личной поклажи и оружия, каждый боец несет на себе узлы станковых пулеметов, минометов, боезапас полка. За трое суток пути потери умершими от физических перегрузок и утонувшими при переправах рек составили 20 человек. Командир вынужден был застрелить и использовать в пищу семь лошадей, которых нечем было кормить и они сами становились обузой.
К 8 января полк прибыл в указанный район, в подчинение 30-й Иркутской дивизии. Командир полка майор Жданов обратился к комдиву Б.Н. Аршинцеву с просьбой, дать личному составу время отдыха до вечера (!) сегодняшнего дня. Но перед Аршинцевым командованием армии была поставлена своя задача - вывести 71-й полк майора Ковалева во второй эшелон; поэтому, отказав Жданову в дневном отдыхе, он приказал немедленно, с марша, сменить 71-й полк. Сорок процентов бойцов полка были обморожены, остальные крайне истощены, но они направляются принимать новые позиции, до которых остается еще около 10 километров.
На этом этапе марша в полку погибают еще 26 человек - не от действий неприятеля, а от усталости, голода, холода. Командуя изможденными людьми, командир вынужден был идти на крайние меры: в этом списке погибших есть две фамилии, расстрелянных за невыполнение приказа…
На новых позициях 277-й сп введен в подчинение 76-й морской стрелковой бригаде, и занимает оборону по фронту 32 километра горного участка! Перед этим фронтом полку противостояли три батальона 125-й гренадерской дивизии немцев и два батальона словацкой дивизии «Рихло». Выполняя приказ командующего 56-й армией, 24 января первый батальон 277-го полка начал наступление на гребень Безымянного хребта (отрог хребта Котх), с целью затем, через Котх вести наступление на Горячий Ключ. Атака крутейших склонов Безымянного хребта, за которыми ждала двухъярусная система укреплений противника, проводимая без артиллерийской подготовки, ввиду отсутствия снарядов в 76-й мсб, захлебнулась и в этот, и на следующий день. Поэтому, было решено более не атаковать хребет в лоб, а обойти с востока, со стороны села Безымянного.
В ночь с 26 на 27 января полк выдвинулся в селу Безымянному, откуда противник к тому времени уже отступил в сторону Ключевой. Освободив, таким образом, село Безымянное, 277-й полк, в составе 76-й мсб, преследовал противника до Горячего Ключа и Ключевой, которая была освобождена уже к вечеру 28 января. Среди трофеев полка, было боевое знамя 416-го гаубичного полка Красной Армии, ранее захваченное немцами. А на его счету с середины декабря по конец января значилось 374 уничтоженных военнослужащих противника, 12 ДЗОТов, 4 артиллерийских орудия и миномета, 10 пулеметов.
Так 277-й стрелковый полк НКВД стал одним из освободителей нашего города. А его командир, майор Жданов уже на следующий день был назначен комендантом района. Именно ему приходилось в первые, самые трудные недели после оккупации, налаживать мирную жизнь: восстанавливать органы власти, мосты и дороги, заниматься обеспечением продовольствием, собирать брошенное вооружение, боеприпасы и технику, обезвреживать оставшиеся в лесах группы неприятельских солдат и задерживать пособников оккупантов.
Сотни бойцов и командиров полка полегли, освобождая территорию нашего района и сам поселок Горячий Ключ. Их захоронения находятся сейчас у мемориала в Волчьих воротах (около 40 человек), в с. Безымянном (32 человека), в п. Фанагорийском (17 человек), у Орловой Щели, вблизи Безымянного хребта (50 человек). И это только те, кто был похоронен или найден впоследствии!
Памятник, достойный подвигу чекистов, воздвигнут сотрудниками органов госбезопасности в 2015 году у шоссейной дороги на подъезде к с. Безымянному. Площадка вокруг памятника уложена красивой каменной плиткой, а ограждают ее мощные стальные цепи. На таких же цепях, словно символизирующих крепость духа воинов, подвешены пять траурных гранитных плит. На верхней плите - обращение в честь воинов полка, со словами: «Никто не забыт, ничто не забыто!». И еще, словно в оправдание: «От благодарных потомков: мы помним, мы не забудем!». А еще на четырех плитах - сплошь выгравированы фамилии погибших.
Уп   ятника 277-му стрелковому полку НКВД у села Безымянного, всегда лежат траурные венки и живые цветы; проезжающие мимо туристы, да и многие из местных не ленятся остановится перед ним и, склоняя головы, прочесть имена погибших.
Памятники 26-му пограничному стрелковому полку НКВД на Поклонной поляне в Поднависле тоже всегда ухожены и убраны цветами. Особенно многолюдно у них бывает в дни празднования нашей воинской славы. Но и в другое время, каждый день подходят к ним люди и читают фамилии и безымянные строки. Читаете и вы сейчас про наши «забытые полки». А это значит, что верно высечено в граните:
Никто не забыт, ничто не забыто!»

Материал подготовлен на основе информации из открытых источников:                   
- «История – это то, что было. 1942. Туапсинская оборонительная операция», Э.И. Пятигорский, Туапсе 1992 г.;
- «Забытый полк (Москва, Горячий Ключ, Безымянное, Фанагорийское)», П. Смирнов, «Чекист.Ру», 2008 г.;-
«26 полк НКВД», А.В. Москвин, «ОБД Мемориал»;
- «Хранительница памяти погибших», П. Смирнов, «Чекист.Ру», 2008 г.;
- а также архивов городского исторического музея и Н.К. Негребовой.

Статья подготовлена научным сотрудником музея Безух С.С.

0