Сделать стартовой Добавить в Избранное Постучать в аську Перейти на страницу в Twitter Перейти на страницу ВКонтакте За Победу в Великой Отечественной войне 1941-1945гг. мы "заплатили" очень дорого... Из Пензенской области было призвано более 300 000 человек, не вернулось более 200 000 человек... Точных цифр до сих пор мы не знаем.

"Никто не забыт, ничто не забыто". Всенародная Книга памяти Пензенской области.

Объявление

Всенародная книга памяти Пензенской области





Сайт посвящается воинам Великой Отечественной войны, вернувшимся и невернувшимся с войны, которые родились, были призваны, захоронены либо в настоящее время проживают на территории Пензенской области, а также труженикам Пензенской области, ковавшим Победу в тылу.
Основой наполнения сайта являются военные архивные документы с сайтов Обобщенного Банка Данных «Мемориал», Общедоступного электронного банка документов «Подвиг Народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (проекты Министерства обороны РФ), информация книги памяти Пензенской области , других справочных источников.
Сайт создан в надежде на то, что каждый из нас не только внесет данные архивных документов, но и дополнит сухую справочную информацию своими бережно сохраненными воспоминаниями о тех, кого уже нет с нами рядом, рассказами о ныне живых ветеранах, о всех тех, кто защищал в лихие годы наше Отечество, прославлял ратными подвигами Пензенскую землю.
Сайт задуман, как народная энциклопедия, в которую каждый желающий может внести известную ему информацию об участниках Великой Отечественной войны, добавить свои комментарии к имеющейся на сайте информации, дополнить имеющуюся информацию фотографиями, видеоматериалами и другими данными.
На каждого воина заводится отдельная страница, посвященная конкретному участнику войны. Прежде чем начать обрабатывать информацию, прочитайте, пожалуйста, тему - Как размещать информацию. Любая Ваша дополнительная информация очень важна для увековечивания памяти защитников Отечества.
Информацию о появлении новых сообщений на сайте можно узнавать, подписавшись на страничке книги памяти в Твиттер или в ВКонтакте.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Задорнов Николай Павлович

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Википедия

http://sh.uploads.ru/t/5fIBx.jpg
Задорнов Николай Павлович
22.11/05.12.1909 - 18.09.1992

русский советский писатель и сценарист. Заслуженный деятель культуры Латвийской ССР (1969), лауреат Сталинской премии второй степени (1952).

Родился 22 ноября (5 декабря) 1909 года в Пензе в семье врача-ветеринара Павла Ивановича Задорнова (1875—?) и Веры Михайловны Задорновой (1876—1961) (позже П. И. Задорнов был обвинён в умышленном истреблении скота и умер в заключении), вырос в Сибири. По окончании средней школы в 1926—1941 годах был актёром и режиссёром в театрах Сибири, Дальнего Востока, Уфы; литературным сотрудником газет «Тихорецкий рабочий», «Советская Сибирь», «Красная Башкирия». Во время Великой Отечественной работал в Хабаровском краевом радиокомитете и в хабаровской газете «Тихоокеанская звезда». В этот период он писал свой первый роман «Амур-батюшка».
Николаю Павловичу Задорнову принадлежат два цикла исторических романов об освоении в XIX веке русским народом Дальнего Востока, о подвигах землепроходцев. Первый цикл — из 4 романов: «Далёкий край» (книги 1—2, 1946—1949), «Первое открытие» (1969, первое название — «К океану», 1949), «Капитан Невельской» (книги 1—2, 1956—1958) и «Война за океан» (книги 1—2, 1960—1962). Второй цикл (об освоении Дальнего Востока крестьянами-переселенцами) тематически связан с первым: романы «Амур-батюшка» (книги 1—2, 1941—1946) и «Золотая лихорадка» (1969). В 1971 году опубликовал роман «Цунами» — об экспедиции адмирала Е. В. Путятина в Японию в 1854—1855 годах. Написал также роман о современности «Жёлтое, зелёное, голубое…» (книга 1, 1967), книгу путевых очерков «Голубой час» (1968) и другие.
С 1946 года до самой кончины Николай Павлович Задорнов жил в Риге. В 1969 и 1972 годах посещал Японию.
Н. П. Задорнов умер 18 сентября 1992 года. Похоронен в Риге на Лесном кладбище.

В городе Пензе на доме, где жил писатель (ул. Революционная, 45), открыта мемориальная доска.
http://s3.uploads.ru/t/sAY75.jpg
Памятник Николаю Задорнову в Хабаровске

В Хабаровске на набережной реки Амур Николаю Задорнову установлен памятник.
http://sd.uploads.ru/t/4fmY8.jpg
Мемориальная доска в Риге

В Риге на доме, в котором жил Задорнов в 1948—1992 годах (угол улиц Рупниецибас и Элизабетес), в 2009 году открыта мемориальная доска.
Также мемориальная доска Задорнову была открыта в Комсомольске-на-Амуре, на фасаде драматического театра.

Премии и награды
Сталинская премия второй степени (1952) — за романы «Амур-батюшка», «Далёкий край», «К океану»
заслуженный деятель культуры Латвийской ССР (1969)
орден Октябрьской Революции (16.11.1984)
два ордена Трудового Красного Знамени (03.01.1956; 12.12.1969)
орден Дружбы народов (04.12.1979)
медали

Фильмография
Документальный фильм «Тропой Арсеньева» (1984 год; Гостелерадио СССР; Н. Задорнов — автор сценария и ведущий; режиссёр Сергей Сатыренко; оператор Александр Божко; текст читал Юрий Соломин).

Сочинения
Могусюмка и Гурьяныч: повесть. 1937
Трилогия о переселенцах
Амур-батюшка: роман. — Хабаровск: Дальгиз, 1944. Перераб. ред. 1958 (две книги) (впервые напечатан в журнале «На рубеже» в 1940 году).
Золотая лихорадка: роман. — Хабаровск: Кн. издательство, 1971. — 448 с. (является 3-й книгой романа «Амур-батюшка», впервые напечатан в журнале «Дальний Восток» в 1969 году).
Мангму: повесть. — Хабаровск: Дальгиз, 1946. — 146 с. с иллюстрациями Д. Д. Нагишкина (о жизни нанайцев в ту пору, когда в Хабаровском крае обитали лишь малолюдные разобщённые роды; повесть написана в 1940 году и впоследствии стала первой частью романа «Далёкий край»).
Тетралогия о Дальнем Востоке
Далёкий край: роман. — Ленинград: Молодая гвардия, 1949 (первой частью романа стала повесть «Мангму», написанная в 1940 году, а второй — повесть «Маркешкино ружьё», завершённая автором в 1948 году).
К океану: роман. — Рига: Латгосиздат, 1950 (в 1969 году доработан автором и вышел под названием «Первое открытие»).
Капитан Невельской: роман. В 2-х книгах. — Москва: Советский писатель. 1956—1958.
Война за океан: роман. В 3-х книгах. — Рига: Латгосиздат, 1963.
Жёлтое, зелёное, голубое…: роман. — Москва: Советский писатель, 1967. — 215 с. (роман о писателе, помогающем секретарю обкома).
Голубой час: очерки. — Москва: Советский писатель, 1968. — 183 с. (рассказ автора о поездках на восток России (в города Хабаровск и Комсомольск-на-Амуре, на остров Сахалин, Курилы, лиман Амура, Охотское побережье)).
Тетралогия об адмирале Путятине
Цунами: роман. — Москва: Советский писатель, 1972.
Симода: роман. — Москва: Советский писатель, 1975.
Хэда: роман. — Москва: Советский писатель, 1979. — 432 с. Сдано в набор 09.01.80. Подписано к печати 18.06.80. Тираж 200 000 экз.
Гонконг: роман. — Москва: Советский писатель, 1982. — 368 с. Сдано в набор 04.03.82. Подписано к печати 13.08.82. Доп. тир. 100 000 экз. (об отношениях России и Великобритании в Тихом океане в конце XIX века).
Большие плавания: роман. В 3-х книгах, 1984.
Владычица морей: роман. — Москва: Советский писатель, 1989. — 464 с. ISBN 5-265-00551-X. Сдано в набор 19.07.88. Подписано к печати 02.01.89. Тираж 100 000 экз. (о основании города Владивосток; Владивостоку также посвящён роман «Владивосток», который не был закончен автором[1]).
Ветер плодородия: роман. — Москва: Советский писатель, 1992. — 256 с. ISBN 5-265-02315-1. Тираж 50 000 (о заключении Айгунского договора между Россией и Китаем).
Собрание сочинений: В 6-ти томах. — Москва: Художественная литература, 1977—1979[2]. Собрание сочинений включает следующие ранее изданные произведения: роман «Амур-Батюшка» (том 1, 1977), роман «Золотая лихорадка» (том 2, 1977), роман «Далекий край» (том 3, 1978), роман «Первое открытие» (том 4, 1978), роман «Капитан Невельской» (том 5, 1979), роман «Война за океан» (том 6, 1979).


отец Павел Иванович Задорнов (родился в Терновке Пензенская область) — работал ветеринарным врачом, арестован в Чите по обвинению в уничтожении скота, осуждён на 10 лет, умер в тюрьме, реабилитирован в 1956 году.
мать — Вера Михайловна Задорнова
жена Елена Мельхиоровна Задорнова (в девичестве Покорно-Матусевич; 1909—2003) — родилась в Майкопе, полька по национальности, происходила из старинного шляхетского польского рода Покорно-Матусевичей и известного на Руси рода Олизаровских, который ведёт своё начало от короля Стефана Батория, была 2 раза замужем, первый муж министерский работник, в 1930 году у нее родился сын от первого мужа Лоллий. Работала корректором в уфимской газете, где и познакомилась с Николаем Павловичем Задорновым, ставшим ее вторым мужем.
дети:
Людмила Николаевна Задорнова (род. 1942) — преподаватель английского языка в Балтийской международной академии
Михаил Николаевич Задорнов (1948-2017), известный советский и российский писатель-сатирик

В декабре 2009 г. Михаил Николаевич Задорнов открыл в Риге библиотеку имени своего отца, Николая Задорнова. Открытие библиотеки было приурочено к столетию со дня рождения Николая Павловича. Библиотека объявлена общедоступной и бесплатной

см. также http://penzadays.ru/person.php?id=1118
http://www.mihail-zadornov.ru/index.php … p;Itemid=1

http://www.hrono.ru/biograf/bio_z/zadornov_np.php
http://sh.uploads.ru/t/nIPtH.jpg

анонс документального фильма "Одиссея Николая Задорнова" (Россия, 2009г., канал Культура) http://tvkultura.ru/brand/show/brand_id/28410
анонс документального фильма "Михаил Задорнов. К отцу на край земли" (Россия, 2009, 1-й канал. Режиссер Юлия Ермолина) http://www.1tv.com/announce/7234
http://s9.uploads.ru/t/SYACF.jpg
Николай Павлович и Михаил Николаевич Задорновы
съемка 1990г. в рабочем кабинете Николая Павловича в Риге

http://filpersona.ru/picture.php/2234/
http://sa.uploads.ru/t/EJpcb.jpg
почтовый конверт к 100-летию со дня рождения. Россия, 2009г.
Художник/дизайнер/фото Бетрединова Х. / Задорнов М.Н.
отпечатан на Ряжской печатной фабрике. Тираж 500000

Отредактировано простомария (2017-11-10 18:29:54)

+1

2

http://www.slovoart.ru/node/51

Век Николая Задорнова
5 декабря 2009 года исполнилось 100 лет со дня рождения писателя Николая Павловича Задорнова, известного в стране и за рубежом автора исторических романов об освоении русского Дальнего Востока, о дипломатических отношениях России с Японией и Англией.
http://se.uploads.ru/t/WI95e.jpg
Николай Павлович Задорнов, 1966г.

Родился Н.П. Задорнов в Пензе, затем его в двухнедельном возрасте увезли в Читу, где жила семья. Пенза – родина его предков, там жили дедушка и бабушка.
Пензенская область известна литературными местами, а город Пенза театральными традициями. В Тарханах прошло детство М.Ю. Лермонтова, в Чембаре (г. Белинский) жил В.Г. Белинский, в Пензе начинал свою деятельность известный режиссер В.Э. Мейерхольд. Николай в отрочестве и юности часто посещал Пензу. Театральная жизнь города и литературные традиции Пензенской области, я думаю, оказали влияние на формирование его интересов. Детство и юность прошли в Чите. После окончания школы Н.П. Задорнов стал профессиональным актером. В республиканской газете Уфы был разъездным корреспондентом, здесь приобрел первый литературный опыт. В 1937 году Н.П. Задорнов приехал в Комсомольск-на-Амуре, работал заведующим литературной частью драматического театра, прожил в городе девять лет.
В Комсомольске-на Амуре был написан роман «Амур-батюшка», опубликованный в 1940 году в журнале «На рубеже». В годы Великой Отечественной войны Н.П. Задорнов работал в газете «Тихоокеанская звезда», много ездил по краю, в 1945 году как корреспондент ТАСС участвовал в Маньчжурском освободительном походе. Все эти годы он изучал жизнь коренных народов, встречался с потомками первых переселенцев на Дальний Восток. В Дальгизе в 1944 году вышел роман «Амур-батюшка», а в 1946 году – повесть «Мангму» с иллюстрациями Д.Д. Нагишкина. Продолжением «Амура-батюшки» стал роман «Золотая лихорадка», напечатанный в журнале «Дальний Восток» в 1969 году. В 1946 году Н.П. Задорнов переехал в Ригу. Он остался верен избранной теме в своем творчестве – теме заселения и освоения русскими людьми Дальнего Востока. В цикл романов, рассказывающих об историческом подвиге русского народа на Дальнем Востоке, вошли романы «Далекий край» (Л., «Молодая гвардия», 1949), «К океану» (Рига, Латгосиздат, 1950), «Капитан Невельской» (М., «Советский писатель», 1958), «Война за океан (Рига, Латгосиздат, 1963)». В 1952 году за романы «Амур-батюшка», «Далекий край», «К океану» Н.П. Задорнову была присуждена Сталинская премия. В 1970-е годы Н.П. Задорнов пишет трилогию о дипломатических отношениях России с Японией. Выходят романы «Цунами» (М., «Советский писатель»,1972), «Симода» (М., «Советский писатель», 1975), «Хэда» (М., «Советский писатель,1979). Роман «Гонконг» (М., «Советский писатель»,1982) открывает новый цикл произведений об отношениях России и Великобритании в Тихом океане в конце XIX века. Истории основания Владивостока посвящены романы «Владычица морей» (М., «Советский писатель», 1989) и «Владивосток», который он не закончил. Роман «Ветер плодородия» был напечатан в Москве в издательстве «Советский писатель» в 1992 году. В 1977–79 годах в Москве в издательстве «Художественная литература» выходит Собрание сочинений Н.П. Задорнова в шести томах.
 
http://s4.uploads.ru/t/fBJLx.jpg
Михаил Шолохов и Николай Задорнов на II съезде писателей, 1954
Для написания своих романов Николай Павлович изучал материалы на Дальнем Востоке, в Ленинграде, Москве, Иркутске, за рубежом, работал в архивах, библиотеках, встречался с учеными, моряками, охотниками; некоторые материалы находил в архивах и музеях Прибалтики. Он стремился обязательно побывать в тех местах, которые описывает, поэтому много путешествовал.
Хотя Н.П. Задорнов уехал с Дальнего Востока, его мысли и сердце остались здесь, ему нужна была связь с Дальним Востоком, о котором он создавал романы. Николай Павлович переписывался с хабаровскими писателями И.Г. Машуковым, А. Гаем (А.А. Плешковым), А.С. Пришвиным – главным редактором журнала «Дальний Восток»» в 1948–55 годах, с В.П. Сысоевым, Ю.А. Шестаковой, Н.М. Рогалем и другими. Письма Н.П. Задорнова И Г. Машукову, А. Гаю, А.С. Пришвину хранятся в фондах ХКМ им. Н.И. Гродекова.
В коллекции есть два письма жены Николая Павловича Елены Мельхиоровны. Одно из них самое раннее, 1947 года, написанное почти сразу после переезда. Оно рассказывает о переживаниях их в первые месяцы жизни в Риге. В письме от 22 марта 1947 года И.Г. Машукову она сетует: «Семь месяцев, как мы уехали из Хабаровска, никаких вестей ни от кого… Просили присылать журнал «Дальний Восток» и «ТОЗ», ничего нет…. Осенью мы приедем в Хабаровск, как же встретят Николая? …Московское радио передает «Амур-батюшку». Почему Комаров не ответил на письмо, напомните ему».
В письмах дальневосточникам Н.П. Задорнов все время пишет о Дальнем Востоке, о своей любви к нему. Из письма И. Машукову от 9 марта 1952 года: «Дорогой Иван! Очень и очень рад был получить твое письмо. На меня повеяло той трудовой обстановкой (атмосферой), что всегда есть на Дальнем Востоке». Из писем А.С. Пришвину: 11 октября 1956 года. «Дорогой Андрей! Разве не прелесть была наша поездка на Амур! Я вернулся и засел за очерки… впечатлений у меня очень много».  24 июля 1954 года. «Я хочу побывать в низовьях Амура и на Камчатке, если будут силы. Ждать дальше не хочу». 2 ноября 1958 года. «Дорогой Андрей! Рад буду встретить тебя на съезде, а еще больше, если встретимся с тобой на Дальнем Востоке, куда мне нынче очень хочется приехать… Мы с Милой часто вспоминаем время, проведенное на Дальнем Востоке». (Людмила Задорнова – дочь Николая Павловича – К.З.).
В своих письмах Н.П. Задорнов часто вспоминает о писателях, с которыми работал на Дальнем Востоке, проявляет заботу о них, дает советы, приглашает отдохнуть на своей даче. Из писем А.С. Пришвину: 6 мая 1953 года. «Посылаю для журнала статью о Шундике (Н.Е. Шундик (1920–1995), писатель – К.З.). …Нагишкин (Д.Д. Нагишкин, писатель – К.З.), видимо, приедет сюда». 16 марта 1954 года. «Дорогой Андрей Сергеевич! Прежде всего о тебе. Не делай безумья, не уезжай из Хабаровска, не бросай журнал и не губи этим его. Я не смог выехать из Москвы в Хабаровск… Жил дней 12 с Нагишкиным в одной комнате. Он человек бешеной энергии, конечно. Я желаю ему успеха».
 
http://s7.uploads.ru/t/xBIFb.jpg
с писателями Ю.А.Шестаковой и В.П.Сысоевым

В письме от 2 марта 1953 года Н.П. Задорнов не разделяет желания И.Г. Машукова уехать в Крым. «Шундик вряд ли заменит его, хотя он человек с хорошей головой, и в нем еще много не открыто… Вообще Ваш уход будет катастрофой для журнала, по-моему… Неужели все вы не можете объяснить в Хабаровске, что надо сберечь то, что там есть, сберечь людей. Нагишкина еще можно отпустить «на оброк», но и ему лучше быть в крае». 15 ноября 1956 года. «Была тут Юлия (Ю.А. Шестакова (1914–2002), писатель – К.З.) на днях. Рига ей понравилась, мы ездили на взморье. Она прочла мне три маленьких прекрасных рассказа. Запас ее жизненных наблюдений огромен». 26 апреля 1958 года. «Я послал книги на Петровскую косу – не дошли. В Охотск послал – не дошли. … Я упустил случай, тут была Нина Яковлевна (Комарова (1914 г.р.), вдова поэта П.С. Комарова – К.З.)… Мне прислал книги А. Вахов (А.А. Вахов (1918–1965), писатель – К.З.). Я скажу тебе, что, по-моему, он человек способный и очень энергичный и смелый в труде, и в Союз его надо принять. Я согласен дать ему рекомендацию… Рогалю (Н.М. Рогаль (1909–1977), писатель, в 1955–1977 годах – главный редактор журнала «Дальний Восток» – К.З.) посылаю письмо с описанием Уфы, пишу ему о забвении там Аксакова, а в Хабаровске – Арсеньева».
В письмах Александру Антоновичу Плешкову (Анатолию Гаю) Н.П. Задорнов пишет из Риги в Москву: 22 декабря 1962 года. «Желаю тебе, Анатолий, написать книгу о Комарове, если хочешь писать ее заново. Или сделай ее такой, как она есть, какую я читал». 2 ноября 1963 года. «В ТОЗе от 30 сентября с. г. я прочел статью Феоктистова (С.Г. Феоктистов (1913–1999), журналист, поэт. – К.З.) о Комарове, изобилующую незначительными вымыслами, мне читать было как-то неприятно. Вымыслы эти показались мне уж очень примитивными и за домыслы не сойдут». 5 января 1971 года. «Дорогой и любимый друг мой Анатолий! Я называл тебя так, как всегда, с тех ранних лет, когда молодыми людьми встретились в Комсомольске и Хабаровске, в тех двух комнатах при редакции, где жил ты с Галиной Семеновной, и где я любил бывать у вас… А я еще на днях сидел в редакции в отделе поэзии… вспоминал тебя и Галину Семеновну в разговорах с Юлией (Ю.А. Шестаковой) и Сашей Грачевым (писателем А.М. Грачевым (1912–1973) – К.З.). Всегда твой Н. Задорнов».
Н.П. Задорнова пригласили в Ригу с целью создания литературного альманаха и для руководства русской секцией в писательской организации. По этому поводу он пишет в письмах.
Из письма И.Г. Машукову 2 ноября 1955 года: «Я выпустил только первый номер, сам был и редактором, и курьером, и секретарем. Трудно было выпустить его, составлял его дважды». (Первый набор был рассыпан, так как в нем был напечатан роман «Белая береза» М.С. Бубеннова (1909–1983), советского писателя – К.З.).
Больше всего Николай Павлович в письмах рассказывает о работе над романами и другими произведениями, о творческих командировках и поисках материалов в архивах, библиотеках и музеях.
Из писем И.Г. Машукову: 9 марта 1952 года. «Я вчерне закончил новую книгу «Капитан Невельской», но, перечитывая главы набело, увидел, что работы мне еще много, и многим расстроился. Прошлую зиму я работал в Салтыковской библиотеке (библиотека имени М.Е. Салтыкова-Щедрина в Ленинграде – К.З.), и это очень помогло мне, так же, как и занятия в Морском архиве многое дали. Но, все же, мне еще предстоит посидеть за столом». 6 марта 1955 года. «Я работаю, спешу к весне закончить книгу… Последняя поездка в Ленинград дала мне многое, я встретил несколько интересных для меня людей, один из которых удивительный знаток архитектуры города, автор книги о Ленинграде, профессор химии Курбатов. Другой – знаток Зимнего дворца, где у меня должно быть действие… Конечно, трудно. Да еще историки говорят, что, мол, кто увлекся хоть раз в жизни архивными исследованиями, тому будет без исторической темы скучно… Еще много, много работы. Вечером читаю Гоголя «Мертвые души».
 
http://sf.uploads.ru/t/eUpr5.jpg
Кроме романов Н.П. Задорнов писал повести, очерки, занимался переводами, читал лекции.
Из писем к И.Г. Машукову: 6 февраля 1955 года. «Приехал я со съезда… Были дни, что приходилось оставлять работу – выступления на предприятиях, в клубах, институтах и т. д. о съезде. Говоришь каждый вечер, интерес огромный, вопросов – масса».
Из писем А.С. Пришвину: 14 июля 1955 года. «На днях выступал на «Оби», что уходит в Антарктику». 11 октября 1956 года. «Я вернулся (с Дальнего Востока – К.З.) и засел за очерки». 15 ноября 1957 года. «Путешествую по Эстонии с выступлениями, рассказываю о Дальнем Востоке и о том, как стал писать… Рассказы о Дальнем Востоке производят иногда здесь потрясающее впечатление на молодежь… На моем творческом вечере в Тартуском университете (бывшем Дерптском) подошел ко мне профессор-лингвист и спросил, есть ли сходство эстонского и нанайского языков. Он просил назвать несколько предметов по-нанайски, что я и постарался исполнить».
Работая над историческими романами, Н.П. Задорнов думает о написании книг о современности, считает это важным. Об этом он упоминает в своих письмах.
Из писем И.Г. Машукову: 6 марта 1955 года. «Мечта у меня одна – закончить эту книгу, которую я пишу, начать работу над современной книгой». В этом же письме он сообщает, что мечтает написать современную книгу о тех же местах, которые он описывает в «Амуре-батюшке».
Из писем А.С. Пришвину: 2 ноября 1958 года. «Я начал писать современный роман, но пока не закончу исторический цикл – не могу все силы отдать новой работе».
Немало волнений пришлось пережить Николаю Павловичу по поводу издания его книг в Хабаровске. Они выходили в разных издательствах Москвы, Ленинграда, в Риге, а вот на Дальнем Востоке, о котором он писал, издавались редко, часто после того, как напечатают роман в Москве или Ленинграде.
Из писем И.С. Машукову: 6 марта 1955 года. «Видимо, нынче на Дальний Восток мне не ехать или если ехать, то осенью. Тянет дело Иконников (Ф.В. Иконников, директор Дальгиза. – К.З.) бесконечно, и я уже подумываю, не во Владивосток ли мне ехать, не там ли издаваться».
Из писем А.C. Пришвину: 2 марта 1953 года. «Новую книгу я сдам Вам в конце лета или в начале осени. Она за Вами, за ж. «Дальний Восток», но при условии, если редактором журнала по-прежнему будете Вы, а не кто-либо другой. В противном случае я волен буду поступить с рукописью, как найду нужным… Что до меня, то я по-прежнему испытываю отвращение к Дальгизу…». 14 июля 1955 года. «Дорогой Андрей! Я звонил отсюда Рогалю, но дома не застал, в редакции говорил с С. Рослым (С.Л. Рослый, журналист и писатель, сотрудник журнала «Дальний Восток». – К.З.), предложил журналу 1 часть «Невельского», т. е. продолжение книги «К океану» (230 с.). В Москве согласны, но в новом году, а мне ждать нельзя... И, кроме того, мне приятно печататься в ж. «Дальний Восток». 10 февраля 1957 года. «Я с тревогой всегда жду вестей из Хабаровска… Рогалю я писал о новой книге. Решали ли вы что-нибудь?». 23 ноября 1950 года. «Иконников уверяет меня, что «Далекий край» нельзя в Хабаровске издавать под этим названием, т. к. мол, какой же он «далекий» для Хабаровска… Я посоветовал ему книгу Ажаева (В.Н. Ажаев (1915–1968), автор романа «Далеко от Москвы» – К.З.) издать в Хабаровске под названием «Близко от Хабаровска», переименовать свое издательство».
В письме от 27 февраля 1951 года Н.П. Задорнов пишет, что он не может переехать на Дальний Восток, где будет зависеть от издательства. В письме от 2 ноября 1952 года Николай Павлович спрашивает, будут ли его печатать в Дальгизе. В этом же письме высказывает свое пожелание: «Мне хотелось бы выпустить книги в новом, наиболее полном виде и на Дальнем Востоке».
http://s7.uploads.ru/t/5oYdf.jpg
Задорнов. Симода

Живя в Риге, Николай Павлович Задорнов все время беспокоится о дальневосточной литературе, о журнале «Дальний Восток», о литературной жизни в Хабаровске. В письме А.С. Пришвину от 2 марта 1953 года идет речь о желании И.Г. Машукова уехать в Крым. Николай Павлович рассуждает: «Пожить дальневосточникам в больших городах, узнать жизнь развитую нужно». Но считает, что при этом следует оставаться патриотами своего края. И далее утверждает: «Ведь мы не только дальневосточники, но и русские, главным образом русские».
Как бы Николай Павлович ни убеждал писателей не уезжать с Дальнего Востока, и А.С. Пришвин, и А. Гай и Н.Е. Шундик уехали в Москву, а Д.Д. Нагишкин вначале в Ригу, потом в Москву. И.Г. Машуков (1908–1955) и Д.Д. Нагишкин (1909–1961) очень рано ушли из жизни. В 1970-е годы не стало А. Гая (1907–1975) и А.С. Пришвина (1907–1978).
Эти письма 50–70-х годов ХХ века, когда Н.П. Задорнов уехал с Дальнего Востока, но связей с ним не порывал. Как истинный дальневосточник (а еще он подчеркивал – и как русский человек) он заботился о судьбе литературного процесса на Дальнем Востоке, судьбы писателей-дальневосточников были ему не безразличны. Письма очень содержательные, интересные.
По письмам только трем адресатам, написанным в течение трех десятков лет, мы видим, как он работал над своими романами, сколько городов России, сколько стран посетил, в каких архивах, библиотеках и музеях работал, с какими людьми встречался. Мы понимаем, что в письмах отразилась только малая часть айсберга. Лишний раз убеждаемся, сколько Николай Павлович знал и сколько еще мог написать. Одной жизни всегда не хватает, чтобы осуществить все замыслы и мечты.
Клара ЗИЛОВА,
старший научный сотрудник Хабаровского краевого музея им. Н.И. Гродекова

+1

3

https://profilib.com/chtenie/48978/mikh … -1-lib.php
Михаил Задорнов. Поцелуй ведьмы.

Отец и сын
Поначалу мой отец не хотел, чтобы я стал писателем. Ему не нравилось то, что я пишу. Даже когда мои первые юмористические рассказы начали печатать в "Литературной газете", он говорил: "Чтобы заниматься таким несерьёзным делом, надо ещё иметь и серьёзную профессию!" Поэтому советовал мне не уходить из инженеров. Тем более что в лаборатории, где я работал на кафедре, назревало нешуточное открытие не без моего участия. Мы заканчивали разработку уникальной форсунки со сверхзвуковой скоростью впрыска топлива в паровой фазе в форсажную камеру сгорания летательных аппаратов. Удивительно, но я до сих пор понимаю смысл того, что сейчас написал.
http://s3.uploads.ru/t/Th7B9.jpg
Отец ничего не понимал в форсунках. Но когда слышал подобные фразы, очень гордился сыном, и если к нам приходили гости, просил с выражением рассказать им, чем я занимаюсь в Московском авиационном институте. Позже, когда он посмотрел поставленные мною спектакли в самодеятельном театре МАИ, где я, будучи инженером, на полставки подрабатывал режиссёром, начал сомневаться в том, что моё будущее будет связано с форсунками.
Хотя сама форсунка была запатентована, и, если когда-нибудь в мире изобретут особые огнеупорные материалы, чтобы её изготовить и внедрить в форсажной камере летательных аппаратов, несколько поколений моих потомков будут от рождения обеспечены пенсией памяти моего имени.
Позже, когда благодаря выступлениям в передаче "Вокруг смеха" ко мне стала приходить первая популярность, отец понял, что со сцены меня не согнать никакой сверхзвуковой форсункой. И с тех пор каждый раз очень расстраивался после споров со мной. Слава богу, мы жили в разных городах. Друзья отца его успокаивали: не требуй многого от сына, на детях природа отдыхает.
Ещё долгое время после того как я ушёл из инженеров, он не мог смириться с моим эстрадным будущим. Ему вообще не нравились эстрадные юмористы. Даже самые известные. И хотя в то время цензура не пропускала шуток на тему ниже пояса, всё равно считал эстраду пошлостью:
- Если хочешь стать настоящим писателем, - не уставал он учительствовать, - тебе надо написать роман о современной жизни. О простых людях, а не о том, что у тебя под носом. Начинается строительство Байкало-Амурской магистрали. Чем не тема? О первопроходцах!
Такие его высказывания меня злили. Во-первых, я считал, что ими он меня унижает: мол, роман о БАМе - это настоящее, а то, чем я занимаюсь, нечто вроде производственных отходов:
- Папа, как ты не понимаешь, БАМ - это не первопроходцы, а первопроходимцы! Они едут туда за дублёнками, за коврами, хрусталём и надбавками к зарплате. Я не хочу уподобляться советским писателям, у которых в романах хорошее всегда конфликтует… с ещё более хорошим! Он любит её, а она любит свой завод, и они оба перевыполняют план во время медового месяца.
- Остроумно! Но… БАМ сейчас очень нужен стране. Посмотри на карту. Железная дорога через Сибирь проходит практически по китайской границе. Китайцы, если захотят, смогут уничтожить её за один день, и вся Сибирь окажется отрезанной от центра. Помяни моё слово, скоро Китай станет опасен!
Сегодня, в другом тысячелетии, мне удивительно, как отец тогда ещё, в семидесятые годы прошлого века, понимал то, о чём заговорили всерьёз лишь теперь.
В те недолгие передышки между "философскими" ссорами он пытался мне объяснить, что настоящий талант умеет разглядеть интересные стороны в жизни самых неприглядных и простых людей. "Овощи растут из грязи, а очень полезные!" - процитировал он мне однажды кого-то из классиков средневекового афоризма:
- Я же предлагаю тебе написать роман не о партийных вожаках, а о тех людях, якобы овощах, которые на самом деле витамины.
Теперь я понимаю, отец мыслил масштабно. Он не был коммунистом. Однако порой даже в партийных секретарях видел людей порядочных. Особенно любил сибиряков. Он жил в Риге. Когда ему не хватало впечатлений, отправлялся путешествовать по Сибири и Дальнему Востоку. Ему нравилось в путешествиях знакомиться и разговаривать с охотниками, рыбаками, рабочими, пограничниками, моряками…
http://sh.uploads.ru/t/RLr5q.jpg
Встреча писателя Николая Задорнова с моряками-дальневосточниками. 197? год
Слово "рабочий" так часто произносилось в то время с экранов телевизора и в газетах, что у меня ассоциировалось лишь со словом "пролетарий". А слово "пролетарий" мне активно не нравилось. Для меня пролетариями были те, кто всегда пролетал мимо. Или ещё страшнее - чудились какие-то "летарии": нечто вроде помеси пресмыкающихся с неудавшимися млекопитающими. От них явно веяло ответвлением от эволюционной ветви развития человечества. К ним же я относил и доярок, и свинарок, и шахтёров, и сталеваров… В общем, всех, о ком кричали советские дикторы добрыми, хорошо поставленными голосами и кого показывали в "Голубых огоньках" вперемешку с комсомольскими и партийными запевалами.
- Эх, тебе бы журналистом поработать. По стране поездить. Чтобы людей порядочных поглядеть. А то так и зависнешь между спекулянтами и диссидентами, - любил повторять отец.
http://sg.uploads.ru/t/fgv5l.jpg
На берегу Амура-батюшки.
Для молодых, рождённых уже в наше время, уточню: "журналист" когда-то - в это нынче трудно поверить - было словом не просто хорошим, а похвальным. За ним виделся прежде всего человек талантливый. Журналистов уважали! Не было таких образных словечек, как "журналюга" или "журнашлюшка". Да, многие слова изменили свой смысл на нашем веку. Например, "трахнуть" в моей молодости означало "ударить", "разборка" было термином конструкторов и инженеров, "тёрка" - приспособление на кухне для натирания овощей… Я уж не говорю про "голубой". В советское время ни у кого бы не вызвало улыбки название мультфильма "Голубой щенок". Никому бы на ум не пришло, что щенок может быть извращенцем, особенно когда он поёт песню: "Хорошо быть голубым, если всеми ты любим".
Простите, что отвлекусь ненадолго… Совсем недавно молодой редактор вычитывал мою повесть, написанную аж в 76-м году. В ней я описывал, как во время работы в стройотряде мы, будучи студентами, вечером собрались у костра. Нашу стройотрядовскую форму мы называли сокращённо "стройотрядовка". У меня в повести была такая фраза: "Я лёг у костра на стройотрядовку. Молодой редактор сделал мне замечание: мол, как не стыдно описывать такие пошлости? Я не сразу сообразил, что он под "стройотрядовкой" имел в виду не мою курточку, а студентку из стройотряда.
Продвинутые учёные с Запада сегодня утверждают, что мысль материальна. Тончайшими современными опытами её можно засечь. Недаром те философы, которых в истории считали сумасшедшими, убеждали человекомассу, что, если мыслить о чём-то настойчиво и мощно, мечта может материализоваться. Видимо, отец втихомолку так напористо мечтал о моём будущем журналиста, что я вдруг действительно стал журналистом!
Казалось бы, это произошло случайно. Но ещё древние философы пытались объяснить людям, что случайностей в мире не бывает: любая случайность есть результат закономерности.
Конечно, до того, как стать журналистом, я много путешествовал по нашей стране и с отцом, и со студенческим театром МАИ. Уже в первых дальних поездках начал замечать, как много всегда вокруг меня появляется интереснейших людей, за многими из них хотелось записывать, когда они рассказывали о своих судьбах или просто делились интересными наблюдениями. Отец был прав - даже среди комсомольских и партийных работников попадались очень приличные люди. Вдали от столицы они не были такими плакатными и не заходились от лозунговых речей. У моряков, рыбаков, лесорубов, коих я тоже причислял к "летариям", лица зачастую явно были радостнее, нежели у московских "нелетариев". Да и в жизни они были веселее. Не грустнячили, не кислячили и не жаловались на всё и вся, как это любит постоянно делать наша умничающая интеллигенция.
Я завёл записную книжку. Она до сих пор хранится у меня. Её и сейчас интересно перечитывать. В ней записаны слова и выражения, слышанные от самых разных "овощей", которые я бы сам, сидя за столом в Москве, никогда не придумал: "Таким лицом, как у неё, только волков на Саянах пугать", "Я боюсь комсомола, как заяц бубна", "Это не ребёнок, это когтёнок", "Клянусь, чтоб мне век с нашим председателем в лодке не кататься"…
Наверное, "люди-овощи" и впрямь подействовали на меня как витамины. Много где мы побывали с театром. На трясущемся, как телега, автобусе проехали почти весь Уссурийский край, на агиттеплоходе болтались в морях за Камчаткой. На различных сухогрузах и ледоколах, как на перекладных, по северным морям добрались почти что до Северного полюса. Несколько раз были на БАМе и потом, вернувшись в Москву, щеголяли знанием таких непонятных для столичной тусовки слов, как Чегдомын, Могоча, Тында… Об этих поездках я написал несколько очерков. Они были опубликованы в тогдашних миллионотиражных журналах. Если сейчас напечатать хоть один отрывок из этого очерка в какой-нибудь газете, никто не угадает в его авторе сегодняшнего злокачественного сатирика.
А потом наш театр, как и любой самодеятельный коллектив, распался. Все разъехались, разбежались по распределениям. Мне предложили работу в модном, передовом, живомыслящем журнале "Юность". Я, конечно, обрадовался - шутка ли, у меня даже появился свой кабинет! Только ради этого можно было согласиться на престижную работу. Причём в самом центре Москвы. Я редактировал и печатал юмористические рассказы лучших писателей-юмористов того времени, вычитывал письма с произведениями молодых сатириков, а также плодящихся графоманов. Но уже через полгода начал чувствовать, что жизнь моя хоть и несётся на всех парах в будущее, но… по узкоколейке! Мне явно не хватало витаминов.
Отец говорил:
- Есть мышление островное, а есть - континентальное. Общество, которое тебя окружает, с островным мышлением. У писателя должно быть континентальное. Он должен как будто сверху видеть континенты, народы, страны…
Я уже не так часто ссорился с ним. Во-первых, понимал, что каждая наша ссора его старит, во-вторых, как показала жизнь, он во многом оказывался прав. И хотя недопонимание между нами ещё оставалось, я всё чаще с ужасом думал, что когда-нибудь его не будет в моей жизни. Однажды я увидел, как в Риге он медленно переходил улицу перед нашим домом, и понял, что он сильно состарился. Тогда я дал себе обещание, пока он жив, успеть сделать как можно больше в жизни того, о чём он мечтал.
http://s3.uploads.ru/t/esq53.jpg
В один из приездов в Ригу во время прогулки по пляжу Юрмалы, пересилив свою гордыню, я спросил его:
- Папа, если ехать на БАМ, писать роман или очерк о первопроходцах, как ты считаешь, куда именно?
Отец ответил не сразу. Он не ожидал, что я смогу пересилить свою гордыню, - расчувствовался:
- Пожалуй, в тебе больше заложено, чем я думал, - сказал он, - может, и хорошо, что ты ушёл из инженеров!
Он обещал мне подумать над моим вопросом. Позвонил посоветоваться одному из своих лучших друзей - охотнику, таёжнику, директору Хабаровского краеведческого музея Всеволоду Петровичу Сысоеву.
Как и отец, Сысоев был далёк от столичных взглядов. Как бы теперь сказали, "не входил в писательскую тусовку". Кстати, в то время слова "тусовка" не существовало. Говорили "интеллигенция" Как же быстро меняется язык!
Сысоев сразу обо всём догадался - надо спасать сына своего старшего друга:
- А что если Миша съездит к настоящим таёжникам-староверам на реке Амгунь. И напишет о них очерк! Вот бы славно было.
Эта идея даже мне понравилась. Хотя в те годы я уже стал полновесным членом столичной журналистско-актёрской тусовки.
Зачем, спрашивается, молодому, подающему надежды тусовщику понадобилось ломануться за тридевять земель в заамурскую тайгу? Да просто захотелось побывать в невиданно-неведомых краях. Увидеть свежие лица. Вокруг меня в нашей тусне они были все сплошь какие-то несвежие.
Теперь такие желания, которые возникают без всякого расчёта на прибыль, я называю "тягой сердца".
Сердце чувствует будущее! Мозг вычисляет настоящее!
Сердце обладает даром ясновидения. Выражаясь шахматным языком, оно может подсказать очень верный ход, который неожиданно сработает в будущем, и партия будет выиграна.
Конечно, в то время я так не рассуждал. Я просто впервые почувствовал страстное желание забуриться куда-нибудь подальше: туда, где нет лозунгов, пафосных речей и псевдоинтеллигентских антисоветских перешёптываний в малогабаритных кухнях под музыку Вивальди, чтоб крамолы не услышали соседи.
Вот так, послушавшись тяги сердца и родительского совета, я сделал ход, который через двадцать с лишним лет помог мне выиграть очень нужную "партию". И который… Впрочем, не буду забегать вперёд…
Помню, как я пришёл к ответственному секретарю журнала "Юность" и попросил его послать меня на Амгунь.
- Куда тебя послать?! - он не сразу сообразил, что такое Амгунь: дом отдыха, военная база, колхоз или новая дискотека? Дискотеки в то время, кстати, только что появились и вызывали живейший интерес не только у молодёжи.
Я объяснил, что Амгунь - это река, приток Амура, туда трудно добраться, но там есть место, где сохранились настоящие сибирские староверы.
Говорил я задорно и убедительно, будто сам бывал в тех местах. Ответственный секретарь подумал сначала, что я его разыгрываю:
- Ты что, с юмором о них писать задумал?
- Нет, я хочу написать очерк в отдел публицистики!
Надо сказать, что ответственный секретарь был человеком азартным и свежая тема его, похоже, зацепила. Он, раздумывая, походил по комнате - моё предложение явно показалось ему интересным, но как человек партийный за такой "почин" ответственности на себя брать не хотел, хотя и считался ответственным секретарём:
- Я один такие вопросы не решаю! Пойдём к главному. Пускай ему потом за это взыскание выносят.
Главным редактором в то время был человек-легенда - писатель Борис Полевой. За "Повесть о настоящем человеке" на самом верху советской власти его так уважали, что позволяли гораздо больше, нежели другим главным редакторам.
Поэтому журнал "Юность" считался очень задиристым. Восхваление религиозных людей в атеистическом советском обществе не поощрялось. Я думаю, всей редколлегии "Юности" понравилась не столько тема нравственности верующих (мы все тогда были атеистами), сколь возможность в очередной раз задраться к советской власти.
Через месяц, неожиданно даже для моего отца, мне выдали командировку на Амгунь!
Теперь, вспоминая по порядку всё случившееся, я думаю, как бы сложилась моя жизнь, если б тогда я не отправился в то далёкое путешествие? Я бы много чего недоуслышал и уж точно недополучил витаминов. Так и продолжал бы всю жизнь участвовать в гонках с коллегами… по узкоколейке. ....

.... Вернувшись в Москву, я написал очерк, как и обещал отцу, о людях, которых совершенно неправильно понимали в нашем атеистическом обществе. Но цензура его не пропустила. Через год отец пытался об этой деревне снять телевизионный фильм, но его тоже не выпустили на экран. Советская власть староверов считала преступниками, сектой. Служивая чиновничья партийная мелюзга их бы наверняка изничтожила, если бы неизвестно кто там, наверху, чуть ли не на уровне Кремля их тайно не оберегал. До сих пор никому не известно, кто это был. Поговаривали, у кого-то из членов Политбюро предки были староверами.
Когда мой отец пытался уговорить начальство Первого канала показать фильм о многосемейных тружениках-староверах по телевидению, один из крайкомовских работников Хабаровска написал на отца донос: мол, Николай Задорнов - скрытый агент влияния Запада: он агитирует за людей, которые не хотят служить в армии и три раза прогоняли лекторов по атеизму! ...
Позже в Хабаровске у этого партийного никчёмыша с отцом произошёл весьма забавный спор.
- Я не понимаю, в чём ваша логика? - не без лукавства задал вопрос отец. - Вы обвиняете их, что они не бреют бороды, но вы же преподавали когда-то марксизм?
- При чём тут марксизм?
- Маркс тоже был с бородой. И Ленин!
- Это же было совсем другое время. И потом… потом, Маркс не был антисоветчиком… он был… марксистом! А у Ленина вообще маленькая бородка была, аккуратненькая!
Больше всего советского полувождя взбесило, когда отец ответил ему, что Маркс никогда не был марксистом, потому что он был Марксом! После этой фразы тот и написал на отца донос.
В семье отец не любил говорить на антисоветские темы, тем не менее даже я начинал понимать и чувствовать, что мы живём в неком антимире, где плюс с минусом поменялись местами. С одной стороны, партия призывала к увеличению рождаемости в стране, с другой - боролась против самых многодетных и добропорядочных семей в России - староверческих общин...


http://s3.uploads.ru/t/PNyVC.jpg
Михаил Николаевич Задорнов (сын)

+1